Телегид
![](/sites/default/files/main/openpublish_article/20120518/483-18-3_0.jpg)
«Фильм о движении времени»
С 20 на 21 мая, в 00:00, на канале «1+1» смотрите программу «Аргумент-кино» и ленту таиландского режиссера, которая два года тому назад была награждена «Золотой пальмовой ветвью» Каннского кинофестиваля, — «Дядюшка Бунми, который помнит свои прошлые жизни».
В центре сюжета — дядюшка Бунми, который умирает от болезни почек и доживает последние дни своей жизни, пытаясь прийти к согласию с тайнами мироздания. И Бунми в процессе развивающейся истории помогают это сделать привидение его мертвой жены и сын, когда-то исчезнувший, а теперь появившийся в нечеловеческом подобии. Дядюшка Бунми рассуждает о причинах своей болезни, связанных с плохой кармой. А в конце фильма он находит пещеру, где родился впервые. И там он хочет завершить свою нынешнюю жизнь.
В этой киноленте, впрочем, как и в остальных картинах Вирасетакуна, отсутствует традиционная повествовательная линия, так называемый нарратив. И это позволяет критике интерпретировать его кино как «текучее, бесплотное скопление удивительных знаков, лишенных смысла, который поддавался бы расшифровке». Этого режиссера, который бесспорно идет в авангарде мирового кинопроцесса, во многом даже опережая его, причисляют к новой генерации киномастеров, приближенных к «расслабленным повествовательным структурам» и «отрицающих саму идею кино как истории и кино как аттракциона».
Если попробовать сформулировать, о чем же кинокартина Вирасетакуна «Дядюшка Бунми, который помнит свои прошлые жизни», то, по чьей-то версии, — это «фильм о движении времени, о том, как прошлое превращается в настоящее, но не исчезает, а просто прячется, приобретая невидимые формы, а режиссер делает его зримым». А кто-то считает, что этот мастер снимает не образ-движение и не образ-время, а образ-магию. И потому о его фильмах сложно писать или говорить, ведь магия сразу же растворяется, исчезает. Поэтому и мы не будем...
При случае стоит рассказать о Таиланде кинематографическом. Фильмы там начали снимать с двадцатых годов прошлого века, а первая национальная лента (без участия иностранцев) была создана в 1927 году. И в течение следующих семидесяти лет таиландское кино, базовым жанром в котором была мелодрама, оставалось, так сказать, исключительно для внутреннего потребления. Уникальной же чертой тайского кино 1940—1960 годов был так называемый регрессивный авангардизм — собственно, возвращение к практике дозвукового кино. Фильмы снимались на шестнадцатимиллиметровую пленку, без звуковой дорожки, и озвучивались уже в кинотеатре тремя дикторами — мужской и женский голоса, плюс ответственный за массовку, он же, так сказать, ди-джей.
А с начала 1990-х годов зрительская аудитория, кстати, как и в Украине, резко омолодилась и перестала смотреть национальное кино, воспринимая его как рутинное и старомодное. А переломным стал 1997 г., когда заявило о себе новое режиссерское поколение, которое пришло из мира телевидения и коммерческой рекламы. В их лентах чувствовалось влияние новой глянцевой эстетики, избыточной визуальности клипов телеканала MTV и голливудских блокбастеров. Все это совпало, наслоилось на новое понимание тайского культурно-философского принципа «суэй», то есть преданности красоте.
В результате зрительская аудитория вернулась в кинотеатры смотреть вот такое национальное кино. Зашла речь о тайской «новой волне», фильмы которой начали приглашать на западные фестивали и покупать для арт-хаузного проката в европейских странах. Парадоксально, что «фильмами не для всех» в Европе часто становились тайские ленты, рассчитанные на домашний коммерческий успех. Специфической же чертой тайских коммерческих фильмов стали морализаторские, в духе буддистского катехизиса, финалы. И невероятным зрительским успехом начали пользоваться картины о людях, которые меняют свой пол, о трансвеститах и транссексуалах.
Автор фильма «Дядюшка Бунми, который помнит свои прошлые жизни» Апхичатпхонг Вирасетакун пришел в кино почти одновременно с режиссерами упомянутой «новой волны», то есть в конце 1990-х. Но он двигался собственным непроторенным путем, о чем в программе отдельно будет сказано в специальном сюжете.
В конце процитирую Апхичатпхонга Вирасетакуна: «В кинематографе важна недосказанность. Да, в моих фильмах много неясного, абстрактного — считайте, что это дань уважения вашему воображению. Отдельные ситуации являются универсальными, вы можете понять их, исходя из собственного жизненного опыта. Другие же — туманные, более понятны тайскому зрителю, поэтому вам придется прибегнуть к самостоятельной интерпретации». Ну что ж, приглашаю смотреть тайское кино, так сказать, на волнах собственного воображения...
Владимир ВОЙТЕНКО
Выпуск газеты №:
№83, (2012)Section
Медиа