МЕНЮ

«За» и «против» расторжения Договора с Россией по Азову: мысли Евгения Марчука

25 сентября, 2018 - 16:08
Центр «Новая Европа» обратился к члену Стратегической группы советников ЦНЕ Евгению Марчуку с просьбой прокомментировать возможные последствия денонсации Договора между Украиной и Российской Федерацией о сотрудничестве в использовании Азовского моря и Керченского пролива от 4 декабря 2003 года

Исторически-правовое и договорное перевооружение украинско-российских отношений Украине стоило начать сразу же после захвата Россией Крыма. В крайнем случае не позднее чем после Иловайска. Еще в начале 2014 года Россия развалила почти всю украинско-российскую межгосударственную и частично межведомственную договорную базу, не говоря уже об Уставе ООН, Хельсинки 1972, Будапештском меморандуме и других важных международных договорах по вопросам европейской и мировой безопасности. Во всех без исключения украинско-российских договорах есть одна-две статьи, которые звучат примерно так: «Все спорные вопросы, конфликты будут решаться сторонами мирным путем и исключительно путем переговоров. Не допускается использование или угрозы силой... Стороны подтверждают нерушимость существующих между ними границ, территориальную целостность друг друга...»

Еще весной 2014 года стало окончательно ясно, что Россия не собирается соблюдать ни одно из этих взятых на себя ранее обязательств. Но, видимо, у украинского руководства были какие-то надежды, что Россия одумается, особенно после первых Минских договоренностей в сентябре 2014 года. Но Россия тогда уже в третий раз продемонстрировала пренебрежение любыми договоренностями, даже совсем недавними. Подписав 19 сентября 2014 года так называемые первые Минские договоренности, Россия сразу же начала их нарушать и за 6 месяцев захватила еще 1650 квадратных километров украинской территории, в том числе крупный железнодорожный узел Дебальцево.

Казалось бы, жертв, крови и примеров пренебрежения Россией любыми договоренностями было достаточно, чтобы хотя бы уже тогда, в феврале-марте 2015 года, начать детальную ревизию всей договорной базы с Россией. К тому же захват Россией Крыма радикально ослабил основные параметры Украины как морского государства, и не только в военной сфере. Примеров предостаточно. Даже неспециалистам было понятно, что Азовское море как составная часть Азово-Черноморского водного бассейна, который имеет выход к мировому океану, неотвратимо станет объектом российской агрессивной экспансии. Уже не говоря о десятке десантно опасных участков на украинской части береговой линии и о прямой угрозе Мариуполю и Бердянску. К тому же сегодня большую часть украинской береговой линии Азовского моря контролируют так называемые ОРДЛО, то есть Россия. И уже тогда, а не сейчас, на пятом году войны, нужно было разрабатывать Морскую доктрину Украины.

Говоря о ревизии всей украинско-российской договорной базы, речь не может идти о всей ее денонсации. С каждым соглашением нужно разбираться отдельно и очень тщательно, ведь есть ряд важных межведомственных соглашений, которые продолжают действовать. Нельзя полностью обнажить все поле межгосударственных и межведомственных регуляторов. И не нужно здесь сравнивать нынешнюю ситуацию с периодом Второй мировой войны. Сегодня другой мир. Разве можно было бы тогда представить, чтобы Гитлер и Сталин во время войны вели переговоры не только по телефону, но и в каком-то международном формате, лично встречались, СССР и Германия продолжали бы иметь экономические отношения... Другой мир - другие реалии.

Что касается непосредственно украинско-российского Договора о совместном использовании Азовского моря и Керченского пролива, то здесь стоит кое-что вспомнить.

19 января 2018 года Украина подала Меморандум в Трибунал ООН по морскому праву, который, в соответствии с Конвенцией ООН от 1982 года, рассматривает межгосударственные споры в этой сфере. В этом Меморандуме Украина изложила обоснованную жалобу на противоправные действия России в Азовском море, которые наносят серьезный ущерб Украине.

Не прошло и полгода и 31 августа 2018 года Украина получила ответ, но о том, что Трибунал сначала будет рассматривать не Меморандум Украины, а возражение России, которое она прислала в мае этого года и в котором заявляет, что Трибунал не может рассматривать украинскую жалобу, так как, согласно российско-украинскому договору от 20 апреля 2004 года, Азовское море и Керченский пролив являются внутренними водами двух стран. И рассмотрение только этого вопроса может занять более года. То есть рассмотрение вопроса по сути украинской жалобы может начать рассматриваться где-то через полтора года. А что в это время будет делать Россия в Азовском море, представить нетрудно. Это своеобразная цена за нашу тяжбу.

И здесь на поверхность поднимаются два вопроса. Почему так поздно Украина начала действовать? И второй - почему Украина согласилась и в декабре 2003 года подписала, а в апреле 2004 года ратифицировала межгосударственное Соглашение, в котором Азовское море и Керченский пролив признаны внутренними воды двух стран? И как раз именно это обстоятельство сейчас может негативно сказаться на результатах рассмотрения данного вопроса Международным трибуналом. Ведь до 2004 года Украина почти 10 лет во время изнурительных переговоров не соглашалась на российскую версию о признании Азовского моря и Керченского пролива внутренними водами двух стран.

Чтобы кое-что понять, вспомним - в 2002 году Украина существенно активизировала сотрудничество с НАТО. В мае того же года СНБО принимает сенсационное решение, которое затем было утверждено Указом Президента Украины о возможности в будущем присоединения Украины к НАТО. Украину впервые посещает Генеральный секретарь НАТО Робертсон, в Киеве проводится выездное заседание Комитета Украина - НАТО (КУН). Робертсон посещает Донецк. Секретарь СНБО Евгений Марчук в Москве делает официальное заявление о новом курсе Украины в отношениях с НАТО. В ноябре 2002 года Верховная Рада Украины проводит слушания о сотрудничестве с НАТО, по результатам которых принимает Постановление, в котором было указано: "Поддержать курс Украины на евроатлантическую интеграцию, конечной целью которого является получение полноправного членства в НАТО, и законодательно закрепить соответствующее положение». В 2003 году Украина принимает Закон «Об основах национальной безопасности», которым впервые предусмотрена возможность присоединения Украины к НАТО.

В связи с таким развитием событий Россия организует планомерное давление на руководство Украины, используя различные технологии. Президенты России Владимир Путин и Украины Леонид Кучма в декабре 2003 года, через два месяца после опасной тузлинской авантюры России, подписывают Договор, в котором Азовское море и Керченский пролив признаются внутренними водами Украины и России. Этому подписанию предшествовала целая история.

Характерно, что этот договор был ратифицирован украинским парламентом одновременно с Договором о российско-украинской государственной границе только в апреле 2004 года, хотя сам договор о государственной границе был подписан президентами Украины и России еще в январе 2003 года. То есть Договор о межгосударственной границе «ждал» ратификации украинским парламентом 15 месяцев. Думаю, нетрудно догадаться, почему парламент так демонстративно не спешил признать внутренними водами такие чувствительные для Украины районы. Ведь в настоящем Договоре, как и в Договоре об Азовском море и Керченском проливе, они признаются внутренними водами двух стран. Но в январе 2003 года еще не было Тузлы в качестве главного «аргумента» России против Украины и еще не был принят Закон об основах нацбезопасности в качестве главной страшилки Украины для России.

Что же произошло? Почему Украина тогда начала поддаваться давлению Москвы - это отдельная тема. Она тесно связана с другой, еще более важной уступкой Украины летом 2004 года, когда президент Леонид Кучма во время встречи в Ялте с президентом Владимиром Путиным, меньше чем через год после принятия Закона «Об основах нацбезопасности», заявил о радикальном изменении курса Украины по НАТО - что Украина уже не собирается присоединяться к НАТО. И принял решение изъять эту позицию из Военной доктрины Украины.

Сейчас, со слов самого Путина, мы уже точно знаем, кого и почему Россия тогда решила поддерживать на выборах президента Украины в 2004 году. А кандидат в президенты Украины, действующий на то время премьер Янукович, тогда же и заявил, что если он станет президентом, то Украина вообще не будет стремиться в НАТО. И, став Президентом Украины, он через «свой» парламент изъял эту позицию из Закона «Об основах национальной безопасности».

То есть Украина под давлением России сделала тогда публичный крутой вольт к так называемой многовекторности, объяснив это тем, что, мол, ни НАТО, ни Украина не готовы к членству Украины в НАТО. Хотя хорошо известно, что речь тогда вовсе не шла о каком-то конкретном годе, а о стратегическом курсе Украины вообще на будущее. И только теперь, спустя 14 лет, получив драматично тяжелый и кровавый урок хваленой многовекторности, Украина пытается закрепить внешнеполитический стратегический курс в Конституции страны. И в этом стоит поддержать инициативу Президента Петра Порошенко.

Поэтому сейчас не надо гадать, почему Президент Украины Кучма еще в январе 2003 года, еще до Тузлы, подписал с Путиным Договор о межгосударственной границе, которым Азовское море и Керченский пролив признаны внутренними водами двух стран. Так закреплялась хваленая многовекторность. И этот Договор действует до сегодняшнего дня, и на него ссылается в преамбуле знаменитый Договор об Азовском море и Керченском проливе, который тоже действует до сих пор. Именно на это сейчас и ссылается Россия в своих возражениях к указанному Трибуналу ООН, куда Украина обратилась с жалобой. И какое решение примет Суд в связи с указанными обстоятельствами - однозначного ответа сегодня нет. Поход Украины к многовекторности, думаю, завершается. Но какой ценой! Россия напала на Украину, когда она при президентстве Януковича уже 4 года не имела законодательных основ к присоединению в будущем к НАТО.

Решение Украины о приостановлении действия российско-украинского договора о совместном использовании Азовского моря и Керченского пролива, с моей точки зрения, в этой ситуации может быть оптимальным. Хотя оно и не однозначное. Сторонники денонсации Соглашения, а не его приостановлении, выставляют такой главный аргумент: денонсация двустороннего Соглашения, мол, сразу же дает основания Украине по всем проблемам в Азовском море и в Керченском проливе действовать исключительно на основании Конвенции ООН по морскому праву 1982 года, которую признает и Россия. Но тогда нужно денонсировать и российско-украинский Договор о государственной границе, что выглядело бы сегодня вполне логично, ведь там есть та же формула по Азовскому морю и Керченскому проливу. Но в преамбуле Договора о российско-украинской государственной границе есть ссылка на так называемый Большой российско-украинский договор 1997 года. Значит - нужно денонсировать и его. Такой подход означал бы денонсацию всего этого базового пакета украинско-российских договоров. Но, не имея никаких других регуляторов (даже просто приостановленных) в отношениях с нынешней агрессивной Россией, кроме международных правовых норм, которые Россия уже неоднократно грубо нарушила, можно ли рассчитывать, что такая Россия будет соблюдать международное право в дальнейшем? Это было бы не просто наивно, а крайне опасно. Я думаю, стоило бы подумать о асимметричных ответах в Азовском море. Согласно Конвенции ООН о морском праве 1982 года, каждая прибрежная страна имеет неотъемлемое право устанавливать свои территориальные воды, это 12 миль. Недавно была информация, что российские военные катера заходили до 5 миль от украинских берегов. Так после Договора от 2004 года состоялось ли официальное установление территориальных вод Украины и территориальных вод России в Азовском море? Что-то я не помню. Возможно, я пропустил такую информацию.

Но нельзя, сказав А, не сказать Б. А что же Украина должна делать в связи с приостановлением действия и Большого договора, и договоров о государственной границе, и об Азовском море и Керченском проливе? Этого пока мы не услышали от украинской власти. А проблем здесь видится не меньше, чем при денонсации. Простое приостановление действия этих договоров не менее опасно, чем денонсация, если снова растягивать на годы необходимую в этом случае активность Украины. Это отдельная большая тема. Надеемся, что мы, возможно, что-то услышим, когда эти проблемы будут рассматриваться в Верховной Раде.

Хотя приостановление действия этих договоров в правовом смысле и не является денонсацией, но фактически договор не действует. Что дальше? У России, думаю, уже есть план действий в такой ситуации. В этом смысле интересны обстоятельства прохода двух наших военных кораблей через Керченский пролив в Азовское море. Смелость наших военных моряков заслуживает всяческой поддержки. Но у меня есть вопросы, на которые я не слышал ответа. Керченский пролив мелкий, поэтому через него прорыт Керчь-Еникальский канал, длина которого около 24 километров. Он не прямой, имеет так называемые колени. Поэтому для прохождения через этот канал действовала и сейчас действует лоцманская служба Керченского порта, но проводка не бесплатная. Насколько мне известно, эти два наших военных корабля проводили именно эти керченские лоцманы и их наши корабли приняли на борт.

Согласно сегодняшнему украинскому законодательству, всем украинским военным судам запрещено вступать в какие-либо контакты с администрацией портов оккупированного Крыма. Все порты временно оккупированного Крыма закрыты, согласно украинскому законодательству. Если же наши два военных корабля взяли на борт лоцманов временно оккупированной Керчи, то не нарушили ли они украинское законодательство? И главное даже не это. Не подарили ли мы России аргументы для упомянутого Трибунала относительно Конвенции ООН по морскому праву 1982 года, чтобы утверждать теперь, что никаких проблем нет для прохождения любых украинских кораблей через Керченский пролив в Азовское море. Не только беспрепятственно, но даже лоцманов предоставили, и керченский лоцманский буксир шел впереди украинских кораблей. Не сомневаюсь, что Россия использует этот факт максимально в свою пользу. В одном из политических ток-шоу на российском телевидении 24 сентября этому вопросу уже было посвящено 15 минут. Эксперты в студии объяснили, что Россия предоставила нашим кораблям все необходимые услуги и они даже приняли на борт российских лоцманов, так как они не боевые корабли, а корабли вспомогательного флота. И впереди них шел лоцманский буксир. Одним словом, все как полагается. Какие претензии у Украины могут быть? Даже обвинили Украину в том, что она направила эти корабли в Азовское море для провокации именно накануне открытия очередной сессии Генеральной ассамблеи ООН, рассчитывая на противодействие российской стороны и создание скандальной ситуации для использования этого факта в ООН против России.

Речь здесь не идет о том, нужно ли было или нет направлять эти корабли в Азовское море. Скорее всего, было крайне необходимо и уже давно. Но как, когда, с каким сопровождением, с какими формальностями, с каким информационным обеспечением. Интересно, была ли украинской стороной дана Керченском порту предупредительная нота о проходе этих наших кораблей? То есть в этой ситуации Украина делала этот проход в соответствии с Договором 2004 года? Или в соответствии с Конвенцией 1982 года? И теперь после этого шумного прохода через Керченский пролив стоит ли вообще приостанавливать действие Договора 2004 года, не говоря уже о его денонсации? В ситуации, которая сегодня сложилась, должна быть проведена дополнительная глубокая военно-политическая и международно-правовая аналитика.

Источник: Центр «Нова Європа»