Безрезультатный обмен любезностями

У Путина для реализации своих требований есть чуть меньше 3 лет

Подводя итоги первых переговоров России с США и НАТО по требуемым Москвой гарантиях безопасности, можно сказать, что, как было понятно заранее, они завершились безрезультатно. Несомненно, Путин другого и не ожидал. Для него важен был сам факт начала переговоров и заявления западных партнеров о намерении их продолжать. Российский президент, хотя и заявляет, что ответ на свои требования по выделению России зоны влияния на постсоветском пространстве он рассчитывает получить быстро, знает, что время у него еще есть. Его задача – использовать период, пока кресло в Белом Доме занимает Байден, и заручиться за это время в той или иной форме зафиксированным обещанием, что Украина и Грузия не вступят в НАТО в обозримом будущем. Причем достичь этого надо за время первого срока Байдена, поскольку сейчас нет никаких гарантий, что он будет переизбран на второй срок.

Следовательно, у Путина для реализации своих требований есть чуть меньше 3 лет. За это время он хотел бы так выстроить тактику переговоров, чтобы загнать своего партнера в угол и заставить пойти хоть на какие-то уступки, ничего не давая взамен. На переговорах заместителя министра иностранных дел России Сергея Рябкова и первого заместителя государственного секретаря США Вэнди Шерман в Женеве стороны лишь изложили свои позиции, не достигнув согласия ни по одному пункту. Так для того и был запланирован достаточно низкий уровень представительства, поскольку было понятно, что никакого прогресса не будет. Американская представительница, в частности, отказалась обсуждать отказ от расширения НАТО и сокращение американского военного присутствия в Европе. Но зато сочла возможным принятие взаимных обязательств по неразвертыванию наступательных систем вооружений и сокращению числа военных учений. Тут, однако, есть одна принципиальная загвоздка.

Основная часть угрожающей Украине группировки российских войск, исключая Крым и оккупированную часть Донбасса, находится на российской территории. И Москва вряд ли согласится вводить какие-либо ограничения на размещение наступательных неядерных вооружений на своей территории. Но даже если вдруг каким-то чудом согласится, то останется практически неразрешимая в формате переговоров Россия-США и Россия-НАТО проблема размещения российских войск и вооружений на оккупированных украинских территориях – в марионеточных «ДНР» и «ЛНР» и в Крыму. Наличие своих войск и, соответственно, вооружений и боевой техники в оккупированной части Донбасса Россия не признает, и поэтому никак ограничивать их размещение там не будет. Крым же не признают российским США и другие страны НАТО. Поэтому любое соглашение России и западных партнеров, где, среди прочего, будет регламентироваться размещение российских войск и вооружений на Крымском полуострове, будет означать признание Америкой и ее союзниками Крыма де-факто российским. Получается тупик.

Даже если Америка и другие государства НАТО вдруг согласятся не размещать наступательных вооружений в Восточной Европе в обмен на согласие России не размещать наступательных вооружений вблизи Украины, Беларуси и стран Балтии, по отношению к безопасности Украины такое соглашение будет сплошной фикцией. Ведь в Крыму и оккупированной части Донбасса, вне всякого международного контроля, Путин всегда сможет сосредоточить достаточно войск для полномасштабного вторжения в Украину, формально не нарушая никаких международных договоренностей. Поэтому соглашение такого рода можно будет достичь только при полной капитуляции США и других стран НАТО, которые должны будут в той или иной форме признать российскую оккупацию Крыма и части Донбасса и «особые интересы» России в Украине.

Рябков на встрече с Шерман в очередной раз заявил, что Россия не планирует наступательной операции в Украине. Тут же в качестве иллюстрации этих слов, чтобы на Западе их ни в коем случае не приняли бы за чистую монету, в Москве было объявлено о проведении новых российских военных учений вблизи украинских границ. Заодно Рябков повторил требования о том, чтобы НАТО прекратило какую-то военную активность в странах, вступивших в состав блока после 1997 года и дало обязательство не принимать в свой состав Украину и Грузию (интересно, что Молдова, как будто, названа не была). Естественно российский чиновник нарвался на резкий отпор со стороны американской партнерши по переговорам. Шерман с возмущением заявила на брифинге для прессы: «Мы никому не позволим захлопывать двери Североатлантического альянса, принципиально проводящего политику открытых дверей. Мы не откажемся от двустороннего сотрудничества с суверенными государствами, которые желают работать с США, и мы не будем принимать решений об Украине без Украины, о Европе без Европы и о НАТО без НАТО».

Ну, положим, Кремль и не рассчитывает на удовлетворение этих требований. Они имеют, прежде всего, пропагандистское значение и нацелены как на российскую аудиторию, так и на те пророссийские маргинальные силы в странах Запада, которые во многом находятся на содержании у Москвы. Рябков на том же брифинге утверждал, что Россию беспокоит риск «провокаций» с украинской стороны и возросшая активность НАТО на украинской территории и близ аннексированного Крыма. А заодно кинул американцам приманку и угрозу одновременно: дескать, прогресс переговоров по ракетам средней и меньшей дальности, будет зависеть от выполнения или невыполнения главных российских требований. Но Америка не настолько заинтересована в восстановлении действия договора по ракетам средней и меньшей дальности в Европе, чтобы ради этого давать абсурдные юридические гарантии нерасширения НАТО. И весь обличительный пафос Рябкова на брифинге был смазан его заключительной жалобой на то, что угроза американских санкций наносит России экономический ущерб. По его словам, информация о возможном отключении России от системы SWIFT вбрасывается намеренно, чтобы «обрушить наш рынок». Одна эта жалоба сама по себе позволяет не принимать российские угрозы Западу всерьез.

Конечно, Украина пока что не член НАТО, но последние события позволяют надеяться, что риск российского нападения на нее уменьшился. Пусть не сам Байден, но сотрудники его администрации наконец-то конкретизировали, какие санкции могут быть приняты против России в случае ее агрессии против Украины. К ним относятся секторальные санкции в таких отраслях, как энергетика и потребительские товары. Кроме того, может быть полностью запрещен экспорт в Россию американской электроники и программного обеспечения, что нанесет тяжелейший удар по таким стратегически важным отраслям как хайтек и авиацию и ограничит возможности российских вооруженных сил. По словам американских чиновников, Россия может пополнить список стран-изгоев, вроде Ирана и Северной Кореи. Что еще более важно, так это то, что по данным американских СМИ, в конце декабря администрация Джо Байдена в рамках непубличной экстренной процедуры одобрила поставку Украине дополнительной военной помощи на 200 миллионов долларов. Это, в частности, стрелковое оружие и боеприпасы, защищенные радиостанции, медицинское оборудование, запчасти, радарные системы и оборудование для ВМФ. Также американская администрация признала, что обсуждала вопрос о поставках в Украину ПЗРК «Стингер», но пока определенного ответа на этот вопрос нет. Между тем, как раз поставка «Стингеров» Киеву могли бы остудить горячие головы в Кремле, которые бы вспомнили, что именно поставки «Стингеров» афганским моджахедам стали важным, хотя и не единственным фактором, заставившим СССР вывести войска из Афганистана. Также США рассматривает возможность поставок Украине новой партии противотанковых ракетных комплексов Javelin, минометов и вертолетов М-17. Хотя, опять-таки, агрессивность Путина гораздо лучше обуздали бы не разговоры о поставках, а реальные поставки в Украину тех же Javelin’ов.

Столь же безрезультатно, как и переговоры Рябкова и Шерман, закончилось заседание Совета Россия – НАТО в Брюсселе. Российский представитель, заместитель министра иностранных дел РФ Александр Грушко, после окончания заседания заявил, что эта встреча «нужна, чтобы взбодрить НАТО. Им напомнили уроки истории, Карибский кризис. И что нас это не устраивает». Похоже, НАТО нисколько не взбодрилась. Генеральный секретарь Североатлантического Союза Йенс Столтенберг, подводя итоги, утверждал, что состоялся серьёзный и прямой обмен мнениями по Украине, причем у сторон сохраняются значительные разногласия. Но он назвал позитивным фактом уже то, что представитель всех стран НАТО и России сели за стол переговоров. Столтенберг предупредил, что «если Россия вновь использует силу против Украины и ещё больше вторгнется на её территорию, то мы будем серьёзно изучать дальнейшее усиления нашего присутствия в восточной части» Европы. В свой актив Россия может записать только то, что НАТО выразило готовность вновь открыть свое представительство в Москве. МИД РФ отреагировал быстро: «Это было предложение альянса. Оно учтено. Ответа российская сторона пока не дала». Т. е. Россия еще покочевряжится, прежде чем согласился на взаимный обмен миссиями. Но никаких значимых уступок Путину Северо-Атлантический альянс пока что не допустил.

И в заключение – одна короткая ремарка. На этой неделе в возрасте 65 лет умер председатель Европарламента Давид Мария Соссоли. Весьма характерно, как официальные структуры Евросоюза комментируют причины его смерти. Соссоли будто бы умер от осложнений, возникших после нарушения работы иммунной системы. При этом при первой госпитализации Соссоли в сентябре прошлого года сообщалось, что у него тяжелая пневмония в результате ковида (позднее ковид поспешили заменить на экзотическую «болезнь легионеров»). Есть все основания полагать, что председатель Европарламента умер от осложнений, вызванных коронавирусом. Но о коронавирусе в связи со смертью Соссоли официальные представители евроструктур предпочитают не говорить. И вот почему. Сразу же встанет вопрос, был ли умерший вакцинирован от ковида. И оба варианта ответа оказываются крайне неудобными для руководства Евросоюза. Если Соссоли не был вакцинирован или, хуже того, купил поддельный сертификат о вакцинации, это дискредитирует проводимую в странах ЕС кампанию по всеобщей вакцинации. Если один из наиболее высокопоставленных чиновников Евросоюза не был вакцинирован, то чего стоят призывы руководителей ЕС к простым гражданам. Если же Соссоли был вакцинирован, но все равно умер далеко не в самом пожилом возрасте, то антиваксеры тоже могут взять этот случай на вооружение, утверждая, что вакцина не дает надежных гарантий от летального исхода. Вот это нежелание, ставшее привычкой руководителей европейских структур и ряда входящих в него государств, не говорить вслух неудобную правду, как раз и использует Путин, шантажируя Евросоюз.

Борис СОКОЛОВ, профессор, Москва