Печальный «юбилей»-5

Стоит ли возвращать произведения Уласа Самчука в школьную программу?

Продолжение. Начало см. в «Дне» №№5-6 от 28 января 2022 г. https://day.kyiv.ua/ru/article/media/sumnyy-yuviley)

Что украинцев привело к Голодомору?

  Работая над второй частью «Волыни», Самчук параллельно работал и над другими произведениями. Такова была специфика его писательской работы. В частности, еще над одним «селянским романом» – «Марией». Именно «Мария» стала одним из самых известных произведений писателя.

Вышел в свет роман в 1934 г. – как раз после Голодомора на территории советской Украины. Собственно, это было первое художественно-литературное произведение, где было рассказано об этой трагедии, которую отрицала советская власть и ее «интеллектуальные подпеватели» в странах Запада.

Но можно ли считать «Марию» произведением о Голодоморе? И да, и не совсем так. Писатель не был свидетелем Голодомора. В то время он, как уже говорилось, даже не побывал на территории Центральной Украины и не знал центральноукраинских реалий. Информация о страшном голоде на великой Украине до него, как и западноукраинцев и диаспориан, доходила из масс-медиа. А о жизни на территории Центральной Украины писатель, об этом тоже уже говорилось, узнавал от Марии Зоц. Поэтому в произведении нашли отражение определенные моменты из жизни семьи. Но не только. Использовал Самчук и свой селянский опыт, обращаясь к эпизодам из жизни родной Дермани.

Роман «Мария» – произведение философско-идеологическое. Самчук, как это показал Сергей Синюк в книге «Улас Самчук: эскизы к творческому портрету», пытается понять и разъяснить, почему возможной стала трагедия Голодомора. И ищет здесь не столько «зовнішніх воріженьків», сколько «внутреннего врага», сидящего в душах украинских крестьян.

Образ Марии в произведении приобретает символический характер. Да и вообще, в романе немало символичного. В начале, а затем в конце романа Самчук так говорит о продолжительности жизни Марии: «Коли не рахувати останніх трьох, то Марія зустріла й провела двадцять шість тисяч двісті п'ятдесят вісім днів». Она, исходя из подсчетов, родилась в 1861 г., когда в имперской России произошла аграрная реформа и было ликвидировано крепостное право, а закончилась ее жизнь, когда уже в России большевистской (официально – Советском Союзе) произошло новое (колхозное!) закрепощение земледельцев с финалом для сельской Украины – Голодомором.

Это были годы относительной свободы селян. Конечно, чтобы добиться им какого-либо благополучия, нужно было приложить усилия – и немалые. Но они могли становиться, несмотря на разные властные перипетии, хозяевами на своей земле. До рождения и после смерти Марии селяне такими не были.

Почему же украинский крестьянин утратил свободу? Над этим размышляет Самчук в романе, прибегая к символизму.

На первый взгляд, перед нашими глазами в произведении разворачивается любовная история. Есть такой треугольник «Марія-Гнат-Корній». Непростые в нем отношения. Хозяин Игнат Кухарчук любит ушедшую внаем сироту Марию. Однако Мария любит бедняка Корнея Перепутько, которого забирают служить на флот. Мария сначала выходит замуж за нелюбимого Игната. Но когда вернулся в деревню Корней, семья разрушается. И Мария наконец становится женой Корнея, родив ему детей. Далее в романе имеем непростую историю семейства Перепутько.

За этой любовной историей наблюдается соответствующая символика. Героиня произведения между богатым хозяином и бедняком делает выбор в пользу последнего. А теперь вспомним, что в украинской литературе ХІХ – начала ХХ в. утвердился культ «принижених і знедолених», бедняков. Представители украинской интеллигенции, которые далеко не всегда бедствовали, становились адептами социализма, проповедовали социальное равенство, культивировали пренебрежение богатыми и богатыми. Последних было не так уж много среди украинцев. Но все же хозяева в украинской деревне были. Именно они и стали заметной силой украинской освободительной борьбы 1917-1921 гг. Но оценили ли эту силу украинские лидеры? Не слишком ли увлеклись они «голодранцами»? Как, наконец, украинское общество. В результате чего и получили у власти голодранца – к тому же не своего, украинского, а чужого.

Самчук рисует центральноукраинское село пореформенного периода. Живёт оно своими житейскими проблемами. Людей кормит земля, на которой они хозяйничают – кто удачно, кто не очень. Разворачиваются здесь и свои драмы. Но очень далеко это село от национальных проблем.

В конце концов, другого и не стоило ждать. Царский режим не допускал украинское национальное возрождение. Украинский язык был под запретом. На нем после Валуевского циркуляра 1863 г. и особенно Эмского указа 1876 г. фактически запрещалось печатать произведения. Откуда мог взяться сознательный украинский крестьянин? Это понимал Самчук, потому что и его детство прошло в волынских селах, которые считали «русскими».

Когда же крестьяне Марииного села встретились с украинскими властями, то не восприняли их. Вот красноречивый эпизод, где об этом говорится. Рассказывается о событиях 1919 г.:

«Минула тверда влада, і настала знов м'яка. На мурах оголошення. «Вся влада, український народе, у твоїх руках. Виконай свій святий обов'язок, стань у ряди народної армії», — скиглить плакат. Український народ гуртується під плакатом.

— Знов голошения, підсвічення та постачання. Ану читай, Петре… Знов шиються чортові буржуї під мужика.

Петро поволі читає, а український народ за кожним словом заходиться від реготу.

— Який йому дурень піде сповняти обов'язок, в'язало б його до банти. Цар як хотів брати, не просив, а брав.

— Та й то не йшли, — добавляє другий.

— Табакою засипав очі, а не йшов, а ха-ха-ха!..

— Кажуть, якийсь памєщик Петлюра знайшовся. Двадцять п'ять тисяч десятин на Полтавщині має… Звєсно, чого хоче…

— А Грушевський, думаєш, що? Капіталіст. У Києві миловарний завод. Сам на ньому работав.

— Звєсно, чортова буржуазія. Сидів дома, випасав черево, ти лив на фронті кров, а тепер починай знов. О, то вже дудки! Не підведеш.

Село Гнилориби захотіло сповнити свій обов'язок, дало «наряд» і повезло своїх героїв у ряди народної армії. Повітове місто сорок верстов. Приїхали.

— Де тут приймають у войсько? До українського ніби войська голосимося. Де тут присутствія?

Показали. Там бігають жижлики у галіфе з цигарками в зубах.

— Товариші селяни! Наша влада поки що не має зброї, а тому не може вас прийняти, їдьте назад…

— От тобі і влада. Поки була власть, то, можна сказати, була. А то — тьху! — не власть. Влада якась…

— А то ми що? Собаки? Дурити нас? Що у нас, дома нема роботи? Хоч би, різун йому в ребра, в зуби заглянув та папера якого дав… Знав би бодай, що на комісії був…

З'явився чужий матрос, і — мітинг. Виліз.

— Товарищі! Куди ви приїхали? Повертайтесь назад, беріть аружіє і гоніте проч всякіє влади. Помєщікі, капіталісти! Там з севера наступает настоящая власть, которая нєсьот на своїх красних знамйонах велікій лозунг — земля і свобода без ограніченія! Управлять вамі будут ваші савєти, котория ви самі із сєбя виберете. Нікакіх Петлюр, ні Грушевських. Нашімі вождями єсть борци за пролітаріат товаріщ Лєнін і товаріщ Сталін. Оні несут вам велікую ідею — марксізм. Ето значіт — вся власть рабочему і крестьянскому трудовому класу. Вся помєщицкая земля, всє фабріки і заводи, всє зємниє і нєбєсниє багацтва — всьо его прінадлєжіт вам, ви должни єво получіть. Совєцкая власть всьо ето вам даст. І когда настанет марксізм, когда совецкая власть укрєпітся і вибросіт із нашей Расії всю буржуазную сволоч, тагда только наступіт настаящій на земле рабоче-крестьянскій рай. Тагда только загасподствують не гаспада Петлюри, не гетмани, не Грушевськіє — вся ета контррєволюціонная банда, а загосподствуєте ви, крестьяне. Тогда не будет іной власті, кроме вашей власті, і будете делать всьо, что вам будет угодна… Да здравствует рабоче-крестьянская власть! Да здравствует марксізм і єво велікій насітель товаріщ Лєнін!..

Скінчив.

— А говорить, сукин син, добре, — гуторять дядьки. — А може, і справді. Хто його знає?

Вернулися дядьки до села більшовиками. А де ж українська влада? Що робили жижлики у галіфе з цигарками у зубах? Стояли, придивлялися мітингові і боялися нарушити демократичні засади нової влади…»

Вполне реалистичная картинка. Но с каким символическим подтекстом. Для украинских крестьян украинская власть – это, во-первых, власть мягкая, какая-то несерьезная. Во-вторых, это власть, помещики, буржуазии. Такими эксплуататорами-кровопивцами для них были Петлюра, Грушевский. И это при том, что эти лидеры провозглашали социалистические лозунги.

Украинский крестьянин готов поддержать большевиков. Ведь те обещают землю – без ограничений. Ну, обещать не значит выполнить. Но ведь так хочется верить. Ведь большевики – свои, простаки, почти голодранцы, а не какие-нибудь помещики и буржуи. А еще они обещают… жесткую власть.

Вот и утвердились большевики на земле украинской. И тогда до крестьянина дошло: «нарікали на Петлюру, а воно був рай проти того большука». Село поднимается, восстает против большевистской власти. Но поздно. Власть эта своими железными тисками сжимает украинского крестьянина, все больше попадающего в иго к ней. А дальше – коллективизация. И – Голодомор как финал.

Продолжение следует