МЕНЮ

Сила, которая так и не стала властью. Почему?

Иван КАПСАМУН, «День»; Алиса ПОЛИЩУК
12 сентября, 2019 - 18:42
30 лет назад в Киеве состоялся учредительный съезд Народного руха Украины

8—10 сентября 1989 года в Актовом зале Киевского политехнического института, украшенном древними гербами украинских городов и украинской символикой (сине-желтые флаги, трезуб), состоялся учредительный съезд Народного руха Украины за перестройку. Через год, на втором учредительном съезде, из названия организации убрали слова «за перестройку» и объявили главную цель — независимость Украины.

В работе учредительного съезда 1989-го приняли участие свыше 1100 делегатов из всех областей Украины, включительно с Крымской областью, были украинцы из Латвии и Литвы. Гостями мероприятия стали деятели польской «Солидарности», в частности Адам Михник, и новоизбранные послы в Сейм Польши, представители других стран. Все три дня у здания политеха было многолюдно: люди стояли с украинскими флагами, пели песни, господствовало приподнятое настроение.

Съезд принял Устав и Программу организации, избрал руководящие органы Руха. Главой НРУ стал поэт и общественный деятель Иван Драч. А исполнительный орган — Секретариат Руха — возглавил бывший политзаключенный Михаил Горинь.

Создание Народного руха сыграло важную роль в борьбе за независимость украинского государства в конце 1980-х —  начале 1990-х гг. И в отличие от Эстонии, Латвии, Литвы, Молдовы, где в 1992-1993 годах юридически прекратили свою жизнь Народные Фронты и Саюдис, в Украине НР имеет намного более длинную историю. Особенно активным Рух был в 1990-х гг., в дальнейшем партия утратила свое влияние. Однако не исчезла. В последние годы новое дыхание в жизнь партии пытается вдохнуть ее глава Виктор Кривенко. 

За все время существования Народного руха политической силе так и не удалось прийти к власти, лишь отдельным ее членам. Хотя возможности такие были. Почему Вячеслав Черновил и часть «руховцев» отказались сотрудничать с президентом Леонидом Кравчуком и не пошли в правительство? Насколько оправданной была радикальная риторика, когда страну нужно было объединять? Был ли Народный рух в реальной оппозиции к режиму Леонида Кучмы? Почему, в конце концов, партия раскололась и утратила свое влияние?

«ЧЕРНОВИЛУ БЫЛО ПРЕДЛОЖЕНО СТАТЬ ПРЕМЬЕРОМ... НО ОНИ ОТКАЗАЛИСЬ ОТ СОТРУДНИЧЕСТВА»

Леонид КРАВЧУК, первый президент Украины (из книги Леонида Кравчука «Перший про владу», 2019 г.):

Период, когда я был заведующим идеологическим отделом, а затем и секретарем ЦК КПУ, совпал с бурной деятельностью Народного руха Украины. Тогда я активно сотрудничал с Дмитрием Павличко, Владимиром Яворивским, Иваном Драчом, непродолжительное время — с Олесем Гончаром.

Вячеслав Черновил был лицом противоречивым. Так же и вел себя. Особенность его была в том, что в непосредственном разговоре со мной он вел себя спокойно и взвешенно, но как только появлялась группа людей, он сразу менялся и начинал играть на публику. Он находил такие слова, которые обязательно должны были донять его оппонента, и ожидал, когда группа людей или зал будут аплодировать ему. В это время он начинал улыбаться и наслаждаться победой.

1989 Г. НА СЪЕЗДЕ ПРИСУТСТВОВАЛИ В КАЧЕСТВЕ ГОСТЕЙ ДЕЯТЕЛИ ПОЛЬСКОЙ «СОЛИДАРНОСТИ» И НОВОИЗБРАННЫЕ ПОСЛЫ В СЕЙМ ПОЛЬШИ: А.МИХНИК, Б.БОРУСЕВИЧ, В.МОКРЫЙ И ДРУГИЕ. НА ФОТО СЛЕВА НАПРАВО: РУКОВОДИТЕЛЬ ДЕЛЕГАЦИИ ПОЛЬСКОЙ «СОЛИДАРНОСТИ» АДАМ МИХНИК; УКРАИНСКИЙ ПИСАТЕЛЬ, НАРОДНЫЙ ДЕПУТАТ СССР ЮРИЙ ЩЕРБАК, КОРРЕСПОНДЕНТ «ЛИТЕРАТУРНОЙ ГАЗЕТЫ» СЕРГЕЙ КИСЕЛЕВ И БОГУМИЛА БЕРДИХОВСКА (ИЗ ПОЛЬШИ) / VALERY SOLOVYOV/РАДІО ВІЛЬНА ЄВРОПА/РАДІО СВОБОДА (РВЄ/РС)

Так же было и на съезде Народного руха в сентябре 1989 года. С одной стороны, Черновил открыто заявил тогда, что Народный рух будет национально-освободительным движением, что абсолютно правильно, а с другой — он сделал прямой выпад против меня. «С этими коммуняками мы не должны сотрудничать», — заявил он. Черновил все время пытался обострить со мной отношения, хотя, откровенно скажу, на том съезде зал не воспринял меня агрессивно. Я выступил, выразил свои мысли, и ему это, думаю, еще больше не понравилось. Тем более когда ко мне подошли девушки, чтобы нацепить на пиджак сине-желтую ленту с трезубом. Кстати, я оказался в пикантной ситуации. Что было мне делать — представителю ЦК КПУ? Я немного посидел, а затем снял пиджак и надел его на кресло возле себя, а когда оставлял зал, то взял пиджак в руку и пошел. В действительности в зале политеха было очень жарко, поэтому, думаю, вышло довольно естественно.

Во время выступления на съезде я тогда, сославшись на древних греков, сказал такую фразу: «Сегодня можно сделать то, что можно сделать сегодня. А завтра можно будет сделать то, что можно будет сделать завтра». Это был такой намек эмоциональным парням, что, мол, не спешите, всему свое время. И, думаю, часть зала меня поняла. Именно тогда я интуитивно почувствовал, что зарождается новая сила, которая будет действовать. Я увидел, что люди там едины в своих выступлениях, увидел, как они воспринимают слова о независимости Украины, о ее истории, о ее языке. Конечно, меня это поразило, потому что на партийных заседаниях я такого точно не слышал.

Но объединить свои усилия нам так и не удалось. Почему? Потому что те политические силы, которые были сконцентрированы в Рухе, не были готовы к эволюционному, историческому переходу. Они были озлоблены, в частности и Вячеслав Черновил. Они не захотели со мной общаться, и если бы не Дмитрий Павличко и Михаил Горинь, то мне бы и слова не предоставили на том съезде. Черновил со своей группой были против этого.

Даже потом, когда я уже стал президентом, в 1992 году я опять пришел на съезд Руха и сказал: «Я пришел к вам, потому что мне нужно на кого-то опереться в своей политической и государственнической деятельности. Я хотел бы опереться на волю и силу Народного руха. Нам все равно нужно объединиться и строить Украину». Более того, Черновилу тогда было предложено стать премьер-министром, был даже расписан состав правительства из национал-патриотов. Но они отказались от сотрудничества. Они даже не дали мне толком выступить. Правда, потом соратники Черновила предложили назначить его представителем президента во Львовской области. Я согласился и назначил, однако спустя некоторое время он сам попросил освободить его.

Вообще, история с Черновилом — это не просто история человека, который боролся за Украину. Часто это были очень эмоциональные заявления и выступления, которые не опирались на реальные возможности. Президентом избран Кравчук, ситуация в Украине чрезвычайно сложная и ее не решить наскоком. Следовало искать пути объединения усилий ради укрепления независимости государства.

Звание «патриот» не предполагает вечной борьбы со всеми. Мой опыт показывает, что если ситуация требует, то следует искать компромиссы даже с недругами. Настоящая политика — это компромиссы, договоренности и готовность уступать в чем-то сегодня, чтобы выиграть главный бой завтра. Только незначительная часть руховцев это поняла. Большинство, ненавидя коммунистов, в действительности применяли большевистский подход: никаких компромиссов, главное — непоколебимость позиции и чистоты помыслов.

Вячеслав Черновил был примером именно такого подхода в тактике и стратегии Руха. К чему привела такая тактика — известно. Рух развалился из-за внутренних дрязг и борьбы за власть. Меня съели коммунисты и Кремль, а Рух им помог. Думаю, от этого Украина не выиграла.

«СВОЮ ГЛАВНУЮ МИССИЮ РУХ ВЫПОЛНИЛ — ИМЕЕМ НЕЗАВИСИМОЕ УКРАИНСКОЕ ГОСУДАРСТВО»

Тарас ШАМАЙДА, общественный деятель, самый молодой делегат Учредительного Съезда Руха в сентябре 1989 г. (istpravda.com.ua):

— Народный рух так никогда и не смог добыть в борьбе государственную власть, которую уже в независимой Украине получили перекрашенные коммунисты.

Но идеи, пропагандируемые Рухом, были настолько убедительны, что правящее большинство вынуждено было их перенимать.

Поэтому свою главную миссию Рух выполнил — имеем независимое Украинское государство, его символами являются исторический сине-желтый флаг, герб-трезуб и «Ще не вмерла», и, несмотря на всю неоднозначность общественных процессов, происходивших за эти 30 лет, наше государство является национальным и демократическим.

Конечно, борьба продолжается, и с нашим извечным врагом — Москвой, и с последствиями советского наследия в нас самих.

Но огромный толчок для этой борьбы на длинной исторической дистанции дал именно Учредительный Съезд Руха ровно 30 лет назад.

О РАСХОЖДЕНИЯХ И УПАДКЕ РУХА

Александр ЛАВРИНОВИЧ, (из статьи «Как Рух отказался стать партией власти», «День», 7 августа 2018 г. ):

— Обратиться к недавней украинской истории меня побудили несколько причин. В течение долгого времени общения с Иваном Федоровичем Драчом он рекомендовал мне написать воспоминания о реальном, а не отретушированном пути «Народного руха Украины». Наряду с этим все чаще приходилось слышать и читать сфальсифицированные фрагменты истории Руха, и замалчивания фактов, которые не вписываются в определенный формат.  

Я относился к инициаторам выдвижения Вячеслава Максимовича кандидатом в президенты Украины от Руха в 1991 году. И был искренне удивлен, когда значительное количество украинских политзаключенных обратилось в Великую Раду Руха с письмом-предостережением о кандидатуре Черновила. В итоге решение о его выдвигании было принято большинством голосов (57 — «за», 30 — «против», 4 — «воздержались»), а один из авторов этого обращения — Левко Лукьяненко стал соперником Черновила во время избирательной кампании. По завершении выборов с триумфальным результатом референдума (90,32%) по одобрению Акта о государственной независимости Украины и избранием в первом туре Леонида Кравчука (61,59%) на должность президента Украины появились первые расхождения в важных вопросах.

И первым из них было инициирование прекращения полномочий Верховной Рады, которая была избрана в УССР 1990 года, и избрание первого парламента независимой Украины. Категорическое неприятие этой инициативы Вячеславом Черновилом стало весомым аргументом, чтобы этого не произошло. И все же Верховная Рада пошла на досрочные выборы, но в 1994 году, из-за безвыходного положения, после срыва референдума о недоверии власти 1993 года, разворачивания общегосударственных забастовок и общественного давления. Так был потерян шанс после референдума сформировать качественно другую власть. Напомню, что на то время в Украине была запрещена коммунистическая партия, а «Рух» был самой многочисленной политической силой. После возобновления деятельности КПУ в 1993 году она в 1994 году уже имела наибольшую парламентскую фракцию.

А в марте 1992 года было второе событие (которое имело содержательную корреляцию с первым) — третий съезд «Руха», во время которого Леонид Кравчук заявил, что поддерживает программу Руха и предложил НРУ стать партией власти. Это предложение было поддержано руководством Руха, избранным в октябре 1990 года на втором съезде. Вячеслав Черновил занял жесткую позицию противостояния только что избранному первому президенту Украины. Расхождение в этом определяющем для последующей судьбы Руха вопросе разделило делегатов съезда. Чтобы предотвратить раскол организации, было избрано коллективное руководство Руха в составе трех соглав — Драч И.Ф., Горинь М.М., Черновил В.М. Предложение же президента осталось без ответа.

Третье расхождение, которое перешло в публичный конфликт, — место Руха в политической системе Украины после отказа Черновила принимать участие во вторых выборах Президента летом 1994 года, на которых победил Леонид Кучма. Официально на съезде Руха в декабре 1995 года принято решение об оппозиции НРУ к сформированной в Украине власти. Однако оппозиция оказалась достаточно странной. В состав Кабинета Министров вошли два члена Руха, два члена Руха возглавили областные государственные администрации. Заботами главы государства появились спонсоры для Руха. Вот такая выборочная оппозиция, которая конструктивно отзывалась на пожелания и рекомендации президента и правительства, никак не влияя на выработку властной политики.

И вот когда в сентябре 1997 года комитет по вопросам правовой политики Верховной Рады Украины по моей инициативе единодушно принял решение вынести на рассмотрение парламента вопрос о начале процедуры импичмента президенту за отказ выполнить конституционный долг (он отказался подписывать и обнародовать закон о местных государственных администрациях после преодоления вето президента на данный закон в Верховной Раде Украины), самым упорным защитником президента выступил Вячеслав Черновил. А по рассмотрении этой моей парламентской инициативы на заседании президиума Центрального Провода Руха семь из тринадцати членов поддержали предложение Черновила об осуждении моего действия, а шесть соответственно поддержали мое предложение о необходимости соблюдения конституционных норм главой государства. После этого стало понятно, что Черновил приложит максимум усилий для ограждения единоличного права определять решения и действия Руха. Долго ждать этого не пришлось.

Уже при составлении избирательного списка Руха на парламентские выборы он единолично скорректировал список, который был сформирован Центральным Проводом Руха по результатам рейтингового голосования, попросив членов счетной комиссии держать этот факт в тайне. Вскоре Вячеслав Максимович провел встречу с руководителями руховских организаций из избирательного округа, в котором я избирался в парламент, выразив просьбу отказаться от поддержки его заместителя Лавриновича, а поддержать другого кандидата — владельца нефтеперерабатывающего завода.

Моя вторая победа в этом округе при таких обстоятельствах не на шутку его разозлила. По завершении избирательной кампании был созван внеочередной съезд с единственной целью — устранение Лавриновича из руководящих органов «Руха». Черновил готовился тщательным образом, а я не видел никакого смысла противостоять его желанию. Для меня было очевидно, что избранная линия поведения главы «Руха» стремительно ускоряет неминуемый фактический уход с политической арены в историю самого массового политического образования новейшей Украины.

На момент того съезда 1998 года численность Руха уже сократилась приблизительно в десять раз. И это был естественный и неотвратимый процесс. Через два месяца после моего устранения Черновил приехал ко мне в Нижнюю Ореанду в Крыму, где я отдыхал с семьей. Он попросил прощения за свои действия. Сказал, что увидел, как пошли трещины по всей организации, сообщил, что, по его информации, готовится переворот в Рухе, лидером которого должен стать Юрий Костенко. Попросил моей поддержки в противодействии этим процессам.

Я отказал, слишком глубокой была личная обида. А еще через два месяца две трети членов фракции Руха в Верховной Раде Украины выразили недоверие руководителю фракции — Вячеславу Черновилу, следом за этим 2/3 организации Руха приняли такое же решение. Однако просто смены руководства не произошло. Состоялся юридически оформленный раскол. На этом закончилось мое членство в Рухе, я не пошел ни в одну из частей. Через полгода Черновил погиб. Смерть — это продолжение его политической жизни, сказал я в прощальном слове (журнал «Политика и культура» №2  3.04.1999 года).

На этом закончилась история Народного руха Украины.

ВЫСТУПАЕТ ПОЭТ ДМИТРИЙ ПАВЛИЧКО / SERHIY MARCHENKO/РАДІО ВІЛЬНА ЄВРОПА/РАДІО СВОБОДА (РВЄ/РС)

«ОДНИМ ИЗ ВАЖНЕЙШИХ ЗАДАНИЙ МЫ СЧИТАЕМ ФОРМИРОВАНИЕ У ЛЮДЕЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА СВОЙ ГОЛОС»

Виктор КРИВЕНКО, глава партии «Народного руха Украины», народный депутат Украины VIII созыва:

— Как вы считаете, почему такая могучая в 1990-е годы сила, как Народный рух Украины, так и не смогла прийти к власти?

— Я пытаюсь не входить в критику прошлого, потому что нужно говорить о будущем. Однако анализ, безусловно, нужно проводить. Возможно, здесь есть комплекс причин.

Во-первых, как всегда, украинские патриоты начали дробиться. И на президентские выборы пошел не один-единственный фаворит — Вячеслав Максимович Черновил, а несколько претендентов от тех украинцев, которые боролись за независимость. Это определенным образом дезориентировало людей: они опять почувствовали, что украинцы не могут договариваться. Видим также, что кое-кто из тех, кто пошел, — потом получил должности в украинском правительстве. Один из кандидатов стал первым вице-премьер-министром Украины, сразу после выборов, например.

Во-вторых, украинцы 1 декабря 1991 года, выбрав независимость от коммунистического государства, выбрали одновременно и коммуниста-президента. Коммуниста, который в 1992 году подписал соглашение с Ельциным о передаче украинской части Черноморского военно-морского флота Российской Федерации. Президент Кравчук подписал Лиссабонский меморандум, который стал первым шагом к сдаче Украиной своего ядерного оружия и позволил напасть на нас, когда мы стали беззащитными. Фактически, выбор украинцев в 1991-ом заложил вектор развития нашего государства, а именно — перерождение коммунистической партократии в условно олигархическое государство. К сожалению, украинцы не избрали В.Черновола. А вот поляки в 1990 году избрали Леха Валенсу, своего польского Черновила, а мы — нет! Вспомните, как жила Польша тогда, и как все перевернулось сейчас.

Третья причина — это, собственно, постоянная работа по расколу Народного руха и игра на отделение лидеров. А первым расколом фактически было создание посткоммунистической властью так называемого КНДС (Конгресс национально-демократических сил). Надо не забывать, что часть людей (его участники впоследствии разобрались в коварном намерении власти) в настоящий момент кается за те поступки и готова (вместе с Рухом) двигаться вперед.

— Известно, что Леонид Кравчук после победы на выборах предлагал Вячеславу Черновилу премьерство. Почему, по вашему мнению, он не согласился на это предложение, ведь его взгляды часть украинцев воспринимала достаточно радикально и его вряд ли избрали бы?   

— Очень важно отметить, что позиция Черновила не была радикальной: ее такой делали. Благодаря действиям тогдашних политтехнологов появлялись печальноизвестные лозунги, вроде: «Спасибо Руху за разруху», рассказывали, что руховцы едят русскоязычных детей. В то время как Рух — консервативная, умеренная, право-центричная сила, которая никогда не выражала этнический или языковой шовинизм.  Если помните, то мэр Одессы русскоязычный еврей Эдуард Гурвиц был доверенным лицом Вячеслава Черновила.

Что касается премьерства, то никакого такого предложения В.Черновилу не поступало. Это миф. Его активно начали распространять где-то через год после смерти В.Черновила, когда кому-то нужно было, так сказать, «примазаться» к всенародной славе погибшего лидера Народного руха. Я уважаю институт президента, но именно президент Кравчук заложил тот тренд, по которому в настоящий момент «развивается» наша страна. Предложения возглавить правительство лидеру Руха не было. А что было? Рух требовал вслед за выборами президента сразу переизбирать Верховную Раду. Кравчук на это не пошел. Поэтому в парламенте независимой Украины осталось коммунистическое большинство — так называемая «группа-239». Коммунисты хотя и проголосовали за Акт государственной независимости, но по своей сути они оставались коммунистами и строить независимую, сильную, демократическую Украину они не собирались.

— Лавринович говорит, что в начале 90-х, после избрания Кравчука, идея распустить парламент была, однако Черновил не поддержал ее. Почему?

— К сожалению, пан Лавринович был одним из тех, кто в свое время выступил против Вячеслава Максимовича. Старшие руховцы имеют определенное мнение о нем. Я не знаком с паном Лавриновичем лично, лишь видел его на эфирах. А потому я не смогу прокомментировать эти его высказывания.

—  «Официально на съезде Руха в декабре 1995 года было принято решение об оппозиции НРУ к сформированной в Украине  власти. Однако оппозиция оказалась  достаточно странной. В состав Кабинета Министров вошли два члена Руха, два члена Руха возглавили областные государственные администрации». Как вы можете это прокомментировать?

— Это не совсем так. Официально Рух стал в оппозицию к посткоммунистической власти еще в начале 1992 года, когда новоизбранный президент отказался от досрочных парламентских выборов. А в 1995 году Рух, оставаясь в конструктивной оппозиции, предоставил свои кадровые предложения новоизбранному президенту Украины Леониду Кучме, который тогда задекларировал курс на экономические рыночные реформы. Но новых кадров, способных провести реформы, Кучма не имел. Тогда во власть пошло немало молодых реформаторов. И Виктор Пинзеник, и Владимир Лановой и другие, в том числе кое-кто из руховцев. Часть членов партии выступала за определенное сотрудничество, хотя бы для того, что если есть возможность что-то изменить — стоит попробовать это сделать. Я не уверен, было ли это решение правильным. Однако не стоит забывать о тех хороших вещах, которые сделали руховские главы администраций. Они хранили украинскую культуру и делали все для поддержки жителей своих областей.

По вашему мнению, почему в сентябре 1997 года, после принятия комитетом по вопросам правовой  политики Верховной Рады Украины решения вынести на рассмотрение парламента вопрос о начале процедуры импичмента президенту, Вячеслав Черновил выступил против?

— Не надо порочить память Черновила. Стоит вспомнить, что Вячеслава Максимовича убили, когда он имел шансы выйти во второй тур, а нужно было вытянуть Симоненко. Я уверен, что к этому имеют отношение напрямую управляемые российские агенты.

Впервые в истории мы собрали 301 подпись народных депутатов с требованием расследовать и наказать хотя бы исполнителей убийства и фальсификаторов, тех, кто подписал акт, не вскрывая тело, многих причастных. По известным причинам мы не можем выйти на заказчика. Однако если бы наказали заказчиков — не было бы «дела Гонгадзе», а впоследствии — и убийства майдановцев, потому что преступники сразу знали бы: за ними придут, их осудят. Я неоднократно обращался с призывами о том, что это убийство, расследование которого является делом чести. На 19 годовщину убийства Вячеслава Максимовича мы вывели полторы тысячи руховцев на Банковую, так как для нас вопрос расследования является крайне важным и актуальным.

А что касается упоминавшихся вами событий, то я предлагаю исходить из тех конкретных обстоятельств, которые сложились именно на тот момент. Напомню молодым читателям вашей уважаемой газеты, что тогда остро стоял вопрос коммунистического, пророссийского реванша. И Рух защищал независимость Украины и институт президента Украины, а не конкретную персоналию.

Деятельность Руха закончилась расколом, политическая сила утратила свое влияние на тот момент, не так ли?

—  Это убийство стало основой тяжелого удара по НРУ, который потом раскололся на две части. Впоследствии этот раскол был частично преодолен в блоке Виктора Ющенко «Наша Украина», который образовали вместе НРУ и УНП. Раскол Руха, по нашему мнению, был предопределен тогдашней властью. Была цель нейтрализовать растущий авторитет В.Черновила, который мог тогда составить существенную конкуренцию кандидатам от власти.

В 2013 году большинство тех, кто в 1999 году ушел в раскол, вернулись в ряды Народного руха. У нас нет к ним никаких претензий, теми людьми манипулировали, многие представители тогдашнего руководства искренне каются...

Если вернуться к современному положению вещей, то на сегодня мы одна из 10 крупнейших партий Украины. В настоящий момент мы проводим анализ, обсуждаем последующие планы, формирование фракций, так как имеем сотни депутатов на местном уровне, глав рад и территориальных громад. Сейчас идет подготовка к местным выборам, и мы призываем украинские демократические партии к объединению, например, «Патриот», которую возглавляет Николай Голомша, или «Республиканскую партию», которую возглавляет Сергей Джердж. Сейчас вопрос не в фамилии главы партии, а в сохранении принципов и идеалов Народного руха Украины и качестве людей, которые входят в его ряды. Рух — это партия, которая имеет 30-летнюю историю, которая получила украинскую независимость.

 Одним из важнейших заданий мы считаем формирование у людей ответственности за свой голос. Ведь когда-то именно украинцы потеряли шанс и не избрали Черновила. Не французы, не испанцы, а именно украинцы! Существует простой закон — «что посеешь, то и пожнешь». Потому что власть является зеркалом наших решений.

Знаете, я был в Молодом Рухе в Днепродзержинске (теперь город Каменское). Мой отец был в Рухе, баллотировался в Днепродзержинскую городскую раду. Быть руховцем — это как позитивный вирус, это у нас в крови. Люди считают себя руховцами, даже находясь иногда в рядах других партий. Рух — это в известной мере мировоззрение. Очень важно хранить эту проукраинскую правоцентричную философию, ведь это как никогда актуально.