Миротворцы – не только мужчины

Украинка провела в Либерии три года в рамках миссии ООН и хочет еще

Либерия — небольшая и многострадальная страна на западе Африки. Ее трехмиллионное население многое пережило на рубеже тысячелетий: государственный переворот 1980-го, 10-летний период военной диктатуры сержанта Семюеля Доу, затем две гражданских войны, жертвами которых стали 200 тысяч людей. Целое поколение либерийцев выросло в условиях войны и экономической катастрофы. Саморазрушение страны шесть лет тому назад остановили миротворцы ООН — благодаря им сложило оружие свыше 120 тысяч боевиков. Из тех, кто примкнул к этой благородной миссии, было и есть много украинцев — военных и стражей порядка. Среди первых женщин, представительниц украинской милиции, которые вообще поехали в Африку в качестве полицейских миротворцев, была тогда капитан, а сейчас майор милиции Оксана Шумко. Недавно мы встретились с ней в ее родных Броварах под Киевом.

МИРОТВОРЦАМИ СТАНОВЯТСЯ ТОЛЬКО САМЫЕ ОТВАЖНЫЕ

Готовилась серьезно: учила английский, тренировалась в стрельбе и вождении авто. Отбор был строгим: кандидатов на каждом этапе отсевали. В итоге из 150 людей осталось 18 лучших, из них четверо — отчаянных девушек. Они прошли месячные учения в Специальном миротворческом центре факультета начальной и спецподготовки КНУВД (в Вите Почтовой под Киевом) и сдали экзамены: сначала украинским экзаменаторам, потом — представителям Департамента миротворческих операций Секретариата ООН (SAT).

«В условиях миссии, где дорога таит опасности, холодный расчет и опыт определяют: сможешь ли преодолеть препятствие, потеряешь технику и даже здоровье или нет, — говорит Оксана Шумко, ныне помощник начальника Броварской милиции по связям с общественностью и СМИ. — Например, в Африке во время сезона дождей миротворцы попадали в ситуации, когда даже внедорожники засасывало в грязь почти по крышу, и офицерам приходилось спасаться, выбираясь из затопленного авто. В целом, ты должен отлично стрелять, владеть иностранным языком и классно руководить джипом. Кое-что из сведений о «черном континенте» нас немножко пугало. Конечно, были реалии о мангровых болотах, змеях, малярийных комарах, мангровых мухах, всяческих болезнях и нравах некоторых племен. Во время одной из подобных лекций кто-то из присутствующих девушек не на шутку разрыдался. У меня же слезы потекли потом. Но, как мы поняли из опыта, «плакало» волнение от неизвестности и грядущих бытовых проблем. Например, в Экваториальной Африке белье не вешают, а раскладывают горизонтально. Мангровые мухи часто откладывают яйца в белье, которое висит на бечевке. В качестве личинок они проникают в тело человека и там развиваются. Слава Богу, фатальной встречи со злостными насекомыми удалось избежать — ничем «тропическим» за два года я не болела, хотя спать приходилось под москитными сетками, обработанными инсектицидом».

Получив необходимую дозу вакцин и прививок, взяв с личными вещами иконы, Оксана отправилась в Либерию. Шел 2006-й. прошло всего три года после окончания активных боев. В аэропорту Монровии новичков встретил командир украинского контингента майор Анатолий Ломачевский (из Винницкого УБОП). Сразу набежали либерийцы, ангажируясь в носители. Пришлось давать чаевые: так был потрачен первый доллар. Из аэропорта отослали по интернету сообщение: мол, все о’кей. Коллектив полицейской миссии оказался весьма интернациональным. Всего на тот момент было свыше двух тысяч полицейских из 36 стран и около 10 тысяч военных — приходилось учиться общаться с ними всеми.

Жилье пришлось снимать у местных (вернее, ливанцев) за свои деньги. Каждая комната трехкомнатной квартиры стоила по 600 дол. В импровизированном «общежитии» дружно устроились четверо офицеров-украинок. Затем по различным причинам девушки несколько раз меняли дислокацию и уже в конце своей «каденции», Оксана одна снимала комнату за 800 дол. При покупке любого товара, белый человек здесь должен быть готов к тому, что придется заплатить втридорога, — такие здесь правила.

«Уже после короткой учебы у каждого миротворца выявляют способности, благодаря которым он может эффективно работать в той или иной сфере. Одну из наших девушек сразу отправили преподавать в Либерийской полицейской академии. Другим же, как и мне, несколько месяцев пришлось побыть патрульными, — вспоминает Оксана. — Поскольку у нас оружия не было, мы патрулировали вместе с военными миротворцами из Непала, причем исключительно на джипе, а ночью ездили уже двумя экипажами — подстраховывали иорданские бойцы. Кстати, нас ограничивали в пеших прогулках, потому что для командования миссии важнейшим является сохранение нашей жизни. Как-то прислали целую дивизию девушек из индийской армии — достаточно суровые «вумен» — без промедления стреляющие в противника, я лично знаю случай, когда одна такая пани во время нападения на нее убила либерийца.

Население в целом к нам проявляло дружелюбие. Но бывало всякое. В моем отделе как-то напали на двух полицейских из Боснии и на коллегу из Чехии. Парня поджидали в зарослях возле дороги. Когда он приблизился, то увидел лежащее тело. Чех имел навыки оказания первой медпомощи и вышел из авто, чтобы помочь. Но из кустов на него набросилось около 10 грабителей. Полицейский прекрасно владел приемами рукопашного боя и поборол всех! Несколько раз приходилось видеть самосуды. Если кто-то из либерийцев совершал преступление и его ловили земляки — злодея ожидало суровое испытание, поскольку с такими лицами не церемонятся и могут убить даже за банальную кражу».

«УКРАИНЦЫ ВСЕГДА ДЕЛАЮТ БОЛЬШЕ, ЧЕМ НЕОБХОДИМО»

Впоследствии Оксана работала административным офицером в Оперативном департаменте, где со всей страны собиралась информация о криминальных событиях, а затем докладывалась комиссару и в виде сводок отправлялась в Нью-Йорк. В основном регистрировались кражи, грабежи, изнасилования.

Оксана Шумко вспоминает, как однажды поступил вызов из местечка Бонг Майн, откуда исчезла пятилетняя девочка. Кто-то пустил слух, что к факту пропажи причастны местные полицейские, которые якобы хотят за малышку выкуп, — 500 дол. Полицейскую станцию, которая недавно открылась, как и дома полицейских, разгромили и спалили за считанные минуты. В городе начали возводить баррикады, 14 полицейских получили ранения. Когда на место прибыли представители полицейской миссии ООН (не вооруженные), там собралась огромная обозленная толпа — до тысячи людей, а вооруженные нигерийские военные были еще в пути. Координатор деятельности Регионов, подполковник российской милиции Александр Тигин оказался в окружении этой толпы, украинцу — капитану Борису Гречишкину, который был с ним, он скомандовал отойти от греха подальше — и кольцо сомкнулось. Стадное чувство многих начинало отзываться на призывы расправиться с миротворцем. Кто-то бросил камни. Тигин начал общаться и уговаривать успокоится. Вскоре приехали нигерийцы, вместе нашли тело девочки — ее убили, изуродовали и утопили в реке в полиэтиленовом пакете. Оказалось: это сделала... родная бабушка несчастной вместе с племянницей из-за ссоры, заказав убийство двум мужчинам, которых вскоре арестовали, как и заказчиц.

Как ни странно, до сих пор либерийцы почитают колдовство вуду, хотя государство пытается как-то побороть это шаманство. Оксана с ужасом вспоминает: как только они прилетели в Монровию, в одном из сел случилось убийство. Родственники жертвы пришли к главе общины и попросили помочь найти злодея. Тот «традиционно» решил сделать по примеру предков. В гроб положили мертвое тело и какой-то загадочный предмет культа, который своим разоблачающим тарахтением должен был указывать на виновника. Целая процессия вместе с гробом обходила все бунгало поселка — в избы, рядом с которыми слышалось «тарахтение», приходило горе, ведь там по шаманскому определению... жил убийца! Таким образом расправились с семью людьми! И это не единичные случаи, о чем Оксана часто писала в сводках.

На втором году миссии Шумко возглавила достаточно большой отдел рекрутинга (комплектование) с 30 подчиненными, который занимался набором местного населения в полицию и другими заданиями. Нужно было реформировать и обновить полицию — один из 16 (!) правоохранительных органов этой страны. Рекрутов, как и действующих полицейских, нужно было, мало того что тщательным образом проверить на причастность к военным преступлениям, обороту оружия, наркотиков, и вообще к криминалу, но и учить грамоте. Особенно это касалось девушек, большая часть из которых не имела среднего образования.

«Мы работали над образовательной программой для женщин, которые идут работать в полицию. Когда я только приехала, в либерийской полиции их было всего 6%, а за год — 12%. Да и уровень преступности в стране сейчас намного ниже послевоенного, становясь одним из самых низких на континенте, — гордо заявляет Оксана Шумко. — Ездили по провинциям и отбирали девушек, которые владели элементарными знаниями, что давало им возможность получить образование. Доучивались девушки в специальном колледже, за 10 месяцев достигали уровня выпускного класса. Приучали их к дисциплине, объясняли опасности мегаполиса: а это не только опасность стать жертвой мошенников, но и ранней любви. Неумышленная беременность становилась реальным препятствием на пути получения образования и профессии. Потом они получали форму и дальше учились в полицейской академии. Насколько я знаю, в настоящий момент в Либерии женщин набирают даже в подразделения быстрого реагирования. Вообще слабый пол здесь имеет достаточно большой авторитет, ведь президентом страны уже четыре года подряд является Элен Джонсон — первая в истории Африки женщина — глава государства, которая отличается «крутым» нравом и решительностью, в частности, в борьбе с коррупцией».

Выводы из этой командировки Оксана сделала «многослойные». Во-первых, Украина — не самое худшее место для жизни, а наши люди на международном уровне очень достойно выглядят. Ведь не случайно украинских милиционеров уже приглашают принимать участие в миротворческой полицейской операции на Гаити. Почему так? Моя собеседница утверждает: наш человек не ограничивается рамками инструкций, а всегда делает больше, чем необходимо. Возможно, потому Оксану никак не отпускает ностальгия по этой маленькой стране. В какой-то момент она перестала воспринимать миссию как командировку и понимать, что нужно возвращаться домой.