Герб, гимн и флаг

46% украинцев называют их национальными символами страны (в 2003 г. — 37%)

Вопрос национального сознания чрезвычайно важен для каждого государства как на всеобщем уровне, так и на личностном, ведь мы — свидетели того, насколько определяющими для любой страны, в том числе и Украины, являются национальные государственнические позиции политиков или их отсутствие. То же касается любой части общества. В июне — июле 2009 года специалисты Института социальной и политической психологии во второй раз исследовали вопрос становления национального и государственнического сознания наших граждан (первое было в 2003 году), проведя опрос «Украина-2009: национальные символы, социальная напряженность, электоральные измерения». Эксперты отметили положительную тенденцию: в стране продолжается процесс повышения уровня национального и государственнического сознания, а результаты социологи сравнивают с полученными в 2003 году.

Очевидно, что речь идет не совсем о «сознании как форме психической деятельности, ориентированной на отображение и превращение действительности», как ее определяют психологи. Скорее, лишь об «отображении действительности», ведь социологи определяли только отношение людей к национальным символам. Так, респондентам предложили список из 24-x наименований символов, из которых человек должен был выбрать то, что, по ее мнению, символизирует Украину. Основанием для вывода, что уровень национального сознания украинцев растет, исследователи считают, например, тот факт, что 46% отметили государственную символику (в 2003-м — 37%) или что уменьшилось количество граждан, для которых Украину символизирует Чернобыль, — с 15,5% пять лет назад до 11,5% в нынешнем году. Интересными оказались и результаты отношения украинцев к символизирующим страну персоналиям — они не совпали с голосованием телепроекта «Великие украинцы». Подробнее о позитиве, который мы можем взять из этого исследования, — в интервью с директором Института социальной и политической психологии АПН Украины Николаем СЛЮСАРЕВСКИМ.

— Николай Николаевич, то, что 46% называют символами Украины — Гимн, Герб и Флаг, — разве это много, как для государства?

— В абсолютных цифрах — бесспорно, это мало. Но главное — в динамике: если мы видим, что количество таких ответов граждан увеличилось от трети до половины, то это весьма существенно. Потому что до 2003 года государство Украина существовало 12 лет, но лишь 37% жителей Украины считали национальной символикой государственные символы Украины. Прирост — на 8,2%. Нужно отметить, что национальное сознание — это основа существования нации. Без нее ни одна нация и современное государство функционировать не может. Если же отсутствует национальное сознание, это лишает перспективы исторического развития нации как таковой. В Украине очень сложно — в силу нашего исторического развития.

Ныне у нас происходит процесс формирования национального сознания, на этом пути много выбоин, ведь, как известно, становление независимой Украины проходило тяжело. Но все-таки сегодня есть признаки, свидетельствующие о том, что процесс формирования национального сознания ускоряется и получает более надежные основы. Показательны результаты проведенного нами исследования, подтвердившие некоторые существенные сдвиги в представлениях украинцев о национальных символах. Мы видим, что в целом увеличивается частота выбора символов по сравнению с 2003 годом, то есть до оранжевой революции. Это говорит о большей насыщенности, интенсивности символических представлений украинцев. Такие тенденции можно объяснить определенными изменениями в демографической ситуации — наличием в Украине людей, которые уже сформировались во времена борьбы за независимость или распада СССР, —количество таких людей увеличивается. Но я бы не сводил все к демографическим показателям, так как мы видим, что за эти годы представления украинцев о символах своего государства значительно больше наполнились государственническим и национальным содержанием. В ходе исследования мы увидели, что граждане стали чаще выбирать другие символы Украины: например, национальную одежду и вышитые рушники (43,6%), национальные блюда и напитки (41%), национальные музыкальные инструменты (26%) как символы государства. По всем позициям есть прирост. Из 24 символов чаще всего государственную символику выбирают в Западном регионе, меньше — в Центральном и так далее. Это показатель интенсивности символических представлений граждан Украины.

— На Западе Украины национальными символами являются государственные символы (79%), на Востоке люди чаще всего на первое место ставят национальную одежду и вышитые рушники (36%), на Юге — национальные блюда и напитки (42%). С Западной Украиной — понятно, а как вы объясните результаты, полученные на Востоке и Юге?

— Без специальных исследований говорить трудно, но для меня этот результат несколько неожиданный. Потому что если бы в Украине проводилась определенная и действенная государственная политика формирования национального сознания, то, скорее всего, в этих денационализированных регионах выходили бы на первый план государственные символы. Получилось немного не так... То есть процесс формирования национального сознания идет более сложными путями: он исходит из глубин национальной ментальности, национальных чувств, характера. Я бы сказал, что вследствие историко-политических факторов на Западе и в Центре Украины государственная символика выходит на первые места, а в Восточном регионе — национальная одежда, вышитые рушники. Позитивно то, что здесь еще живы ранее призабытые исторические традиции. Сейчас они актуализируются, выходят из глубин. Также — в Южном регионе: здесь люди по-своему обустраивают образ жизни, сделали регион хлебным, и, видимо, закономерно, что национальное у них ассоциируется с блюдами или напитками. Можно говорить о регионализации представлений людей о национальной символике, но на фоне общих тенденций в целом у украинцев символические представления становятся более насыщенными национальным и государственническим содержанием. Это находит подтверждение и в жизни: посмотрите, насколько возрос интерес к отечественной истории — огромный наплыв желающих учиться на исторических факультетах в этом году также говорит об этом.

— Выходит, что государственной политики формирования национального сознания нет, а процессы проходят сами по себе?

— Действенной государственной политики, которая бы давала результаты в общенациональном масштабе, к сожалению, нет. Но события, происходившие в Украине (в первую очередь — оранжевая революция и приход новой власти), все-таки подняли пласты национальной истории. Власть апеллирует к патриотизму, хотя, возможно, и не очень действенно, но это опосредствованно дает свои результаты. Пусть это происходит как-то несуразно, несистемно, коряво, но делаются попытки поднять в народе патриотический дух. Результаты мы имеем: начиная от уровня символических представлений и заканчивая конкурсами на исторические факультеты вузов, это все является проявлениями повышения национального государственного сознания.

— Вы проследили зависимость уровня национального сознания украинцев от уровня образования и возраста человека. Прокомментируйте это, пожалуйста.

— Разница прежде всего обнаруживается в возрастных аспектах и проявляется в том же показателе насыщенности символических представлений. То есть национальную и государственную символику 18—29-летние выбирают чаще, чем 30—55-летние, и тем более те, кому 56 лет и больше. Я хотел бы подчеркнуть, что такой большой разницы, которая была в 2003 году, уже нет, и это также позитивный симптом... Ведь тогда было более резкое разграничение: что меня поражало, и я об этом писал, что даже такие вещи, как национальная одежда и блюда молодежь в 2003 году выбирала чаще, чем люди старшего возраста. Это мне казалось абсурдным, а сегодня мы такого не наблюдаем. Также мы видим, что уровень символических представлений граждан зависит от уровня образования. Он более насыщен и на примере овеществленных символов, и на примере символов персоналий у людей с высшим образованием и неполным высшим.

— Вопрос языка вы специально не затрагивали?

— Сначала мы проводили подготовительную стадию: во время массовых опросов задавался открытый вопрос: «Что для вас лично является символами Украины?». Люди сами писали, что придет в голову, поэтому мы выбирали то, что чаще всего упоминалось, и не навязывали свои представления. Язык люди не называли.

— Еще один интересный раздел исследования — это кто персонально, по мнению украинцев, символизирует Украину. Если в телепроекте «Великие украинцы» победил Ярослав Мудрый, то в вашем исследовании — с большим отрывом — Тарас Шевченко... И еще: если сравнить с исследованием 2003 года, то что-то изменилось в отношении украинцев к персоналиям?

— Да, проведенный в этом году опрос по сравнению с опросом 2003 года несколько изменил список. Также нас шокировали результаты телевизионного проекта «Великие украинцы», когда выдернули личностей, которых люди никогда не называли сами... Так что в этом опросе мы добавили Ярослава Мудрого и Владимира Великого — персоналий из далекой истории, потому что нам было интересно посмотреть, отображают ли реальное состояние общественного мнения результаты телепроекта. Оказалось, что не очень, потому что первого в нашем исследовании отметили 27% граждан, а второго — 24%. Зато позиции Тараса Шевченко не покачнулись: он с огромным отрывом лидировал и в 2003 году, и в нынешнем. Но стоит отметить, что по сравнению с овеществленными символами символы персоналий, выбранных в результате опроса, такого оптимизма не вызывают. Заметных изменений не произошло: практически все рейтинговые позиции, которые фиксировались в 2003 году, остались такими же в 2009-м. Имеется в виду, что на первом месте — Тарас Шевченко (49,6%), дальше — Леся Украинка (33,6%), за ними — Богдан Хмельницкий (30,5%), потом — Ярослав Мудрый и Владимир Великий, а дальше — братья Кличко (21%). Все было так же в 2003 году...

Несмотря на позитивные изменения, которые мы наблюдаем на примере овеществленных символов и которые отражают позитивные процессы в формировании государственнического и национального сознания граждан, это является свидетельством кризиса доверия к персоналиям не только действующим, но и тем, которые в исторической ретроспективе могут символизировать Украину. К сожалению, сейчас пока что представления о персоналиях больше разъединяют, нежели объединяют украинцев, и здесь нет существенного продвижения. Вот, например, Иван Мазепа. Казалось бы, сколько делается усилий, в том числе и газетой «День», и в государственном масштабе, а что мы видим? В 2003 году его выбирали 14,5% респондентов, а сейчас — 12,3%. Статистически это недостоверное значение, но можно сказать, что осталось на том же уровне. Нужно глубоко задуматься: возможно, не стоит педалировать на персоналиях, когда мы говорим о патриотическом воспитании, патриотической работе среди населения. Вместо этого на первый план необходимо вынести то, что людям ближе, понятнее, что не вызывает сопротивления, обусловленного особенностями их социализации и воспитания. Мы наблюдаем на примере Южной и Восточной Украины, какие там поднимаются вещи, какие выходят из глубинных источников менталитета — казалось бы, уже похороненное подо льдом всех наших перипетий исторического развития. Вывод: либо мы не в состоянии изменить отношение к персоналиям, либо люди еще не готовы его изменить. Им психологически комфортнее менять свое отношение к овеществленным символам Украины.

— Если у украинцев такие неплохие тенденции возрождения национального сознания, то получается, что мы противостоим мировой глобализации и унификации?

— Глобализация угрожает идентичности всех без исключения народов. Но пока что, к счастью, мы видим, что у нас есть достаточный психологический потенциал, дающий возможность противодействовать негативным тенденциям глобализации. Вопрос лишь в том, чтобы научиться использовать положительные тенденции этой глобализации. Для этого необходимо это национальное сознание и, в частности, национальная мобильность или определенные черты национального характера, способствующие выживанию в сложном мире.

— Не могли бы вы спрогнозировать, какими будут результаты такого же исследования национального сознания украинцев через, скажем, пять лет?

— Давать прогнозы всегда рискованно, но если мы видим, как от ситуации в государстве зависел процесс формирования государственнического сознания граждан, то мы с большой степенью уверенности можем говорить, что он и дальше будет зависеть. Очень многое будет определяться тем, какая в дальнейшем в Украине будет общественно-политическая ситуация, насколько патриотической и сознающей свое приизвание и национальную миссию будет сама власть. Хотя я думаю, что и уже существующие тенденции вряд ли можно нивелировать в полной мере. Но они будут более выраженными, если их поддержит общая общественная ситуация.