«Полет» философа

В киевском Центре современного искусства «M17» представили персональную выставку Анатолия Варварова «Я живу!»

Вольшое видится на расстоянии. Когда в одной экспозиции — сразу 54 картины разных лет, становится очевидным: Варваров — это самый оптимистичный художник из всех наших  соотечественников и современников.

Почти тридцать лет тому назад выпускники Днепропетровского художественного училища им. Е. Вучетича Анатолий Варваров, Игорь Коновалов, Владимир Заиченко, Владимир Падун, Сергей Корниевский и Эдуард Потапенко, став студентами Киевского художественного института  (сейчас — Национальная академия изобразительного искусства и архитектуры), поселились в покинутом доме-сквоте на улице Олеговской. И, в то  время как на весь мир гремела слава куда более раскрученного Паркома (арт-сквота в самом центре Киева), занимались ничуть не менее интересными, чем паркомовцы, художественными практиками. Перформанс «Открытие» вылился в появление на ул. Олеговской около горы Щекавицы корабля с гипсовыми фигурами художников- «олеговцев» на палубе.

Тогда много шума наделала инсталляция «Остановка» — кирпичная остановка, которая усилиями сквоттеров-художников украсила один из столичных холмов. «Семиреню» на Замковой горе, которая выглядела как шестерня с семью зубцами, городская власть вообще снесла, перепутав с капищем сатанистов. Параллельно перформансам и хеппенингам, «днепропетровско-киевская» арт-група работала и в более камерных жанрах, включительно с обязательной живописью. Сегодня, когда все громче слышатся разговоры о внеинституциональном развитии современного искусства, «Сквот на Олеговской» неожиданно (или же, напротив, полностью закономерно) стал одним из самых модных трендов «галерейного» Киева и Украины.

Очередное доказательство моды на «олеговцев» — практически, одновременное открытие в стране на прошлой неделе сразу трех «их» выставок. В рамках всеукраинского тура в Днепропетровском художественном музее презентовали масштабную коллективную экспозицию «Сквот на ул. Олеговская. Киев». В самой столице живопись Игоря Коновалова и Анатолия Варварова в настоящий момент можно увидеть на новой выставке в ЦСМ «Совиарт», из коллекции самой галереи. И, наконец, в «M17» на следующий же вечер после днепровского вернисажа презентовали большую (54 картины и три «объекта»!) персональную выставку «Я живу!» Анатолия Варварова — одного из основателей арт-коммуны.

Бумажные самолетики и кораблики, составленные из листов из школьных тетрадей, лазурно-синее небо и бирюзовое море — вот главные герои самой жизнеутверждающей киевской «персоналки» последних лет.

«Вся наша жизнь начинается со школы. В юности мы преисполнены надежд и сил — и отправляемся в дорогу с энтузиазмом. Жизнь — это бесконечное путешествие», — говорит о  выставке Анатолий Варваров. Его сюрреалистические пейзажи заполнены движением и светом, и на удивление оптимистичны. Если лететь, то — вверх, ближе к солнцу. А плыть — на гребне волны. Такие сюжеты старых работ художника. Но и новые картины (их в экспозиции с полтора десятка), со стрижами, с китом, который бороздит волны, и тому подобное, передают знакомую «оду к радости». В лазурно-синем небе, над городскими ландшафтами, выше даже за тополя, в компании трех бумажных самолетиков парит без бечевки сине-желтый воздушный змей. По форме — как самолетик. Он вечно держит курс вверх. Падение же невозможно, когда тебя направляет сама Святая Троица. (Это же на нее намекают эти доверчивые детские самолетики?) Тоска — неуместна... Сине-желтый самолет, небесный путешественник — это символ Украины? Или, может, символический автопортрет, а вместе и эмблема каждой украинской души? Все может быть. Конечно, Анатолий Варваров — не так уж и прост, как может показаться с первого взгляда. Это «философ сердца»! И мир, как ветер бумажные самолетики, ловил, ловил его тридцать лет, но так и не поймал. Легкое дыхание не покидает варваровские произведения. Есть мода или нет, а они не становятся менее глубокими или более предсказуемыми, коммерческими. И, как и тридцать лет тому назад, благодаря им хочется жить, надеяться, радоваться. Тот случай, когда форма — метафорические сюжеты, свет и цвет — не «убивает» (как писал Лев Выготский о новелле Ивана Бунина), а только еще более усиливает содержание.