Рижский договор украинской и белорусской катастрофы

Москва и Варшава считали этот мир, который был подписан 100 лет назад, лишь перемирием

В результате Первой мировой войны распалось ряд империй, и возникли независимые нацио-нальные государства, в том числе Польша. И сразу возникло очень много проблем.
В частности, восстановленное Польское государство сразу столкнулось с противодействием сосе-дей. Польская элита хотела восстановить государство в исторических границах 1772 года. Как го-ворилось, od morza do morza  — от моря до моря. С этим не соглашались соседи и в первую оче-редь, Советская Россия и Германия. Владимир Маяковский в «Стихах о советском паспорте» точно отметил, что такие «географические новости» для многих стран были неприемлемыми.
Столкновения с большевиками начались практически сразу в самом начале 1919 года. Польские и большевистские войска начали движение друг против друга. Боевые действия прерывались перемириями и снова возобновлялись, как только одна из сторон или обе сразу накапливали для этого достаточно сил. 

ВОЙНА И ГРАНИЦЫ

Война между Москвой и Варшавой была неизбежна. Даже в силу географии. Советские лидеры очень хотели получить общую границу с Германией и максимально сократить польскую террито-рию, отрезав страну от Балтийского моря. 

Была и еще одна причина. Через Польшу Ленин и его окружение хотели советизировать Европу и вообще таким образом раздуть мировой пожар борьбы с буржуазией. Пока планы ограничива-лись советизацией Венгрии, Румынии, Чехословакии и даже Италии. В любом случае нужна была военная победа над Польшей, что делало войну, с московской точки зрения, неизбежной и желательной. 

Ход советско-польской войны и «Чудо на Висле» поставили жирный крест на советских планах. Уже ни о какой советизации Европы думать не приходилось, надо было спасать вообще Советскую Россию не только от военного поражения, оно стало фактом, но вообще существование коммунистического режима. Хотя боевые действия в сентябре 1920 года еще продолжались с большой интенсивностью и постоянными поражениями красных войск, обе стороны приступили к переговорам уже в этом месяце. При этом обе стороны не слишком спешили, так как готовились к новой фазе боев.

Несмотря на поступающие подкрепления, Красная армия в ходе Неманского сражения была наголову разгромлена. Было захвачено много пленных, большое количество лошадей, артиллерийских орудий, стрелкового вооружения и амуниции. Тем не менее, боевые действия продолжались вплоть до подписания Договора о прелиминарных (предварительных) условиях мира. Он был подписан в Риге во дворце Шварцкопф 12 октября 1920 года. 

Переговоры продолжались. Москва стремилась как можно быстрее заключить полномасштабный мирный договор, и для этого пошла на значительные материальные и территориальные уступки.

Окончательная черта под советско-польской войной была подведена подписанием 18 марта 1921 года Рижского мирного договора. Его подписали с одной стороны РСФСР (делегация которой представляла также Белорусскую ССР) и Украинской ССР. По условиям договора Польша обязалась признать независимость Беларуси, Литвы и Украины и подтвердила, что уважает их государственный суверенитет. Стороны, подписавшие договор, обязались не вмешиваться во внутренние дела друг друга, не создавать и не поддерживать организаций, «ставящих своей целью вооруженную борьбу с другой договаривающейся стороной», а также не поддерживать «чужих военных действий против другой стороны».

На последнем этапе переговоров обе стороны стремились к быстрому достижению договоренности и подписанию сформулированных статей. Варшава хотела завершения еще до того, как пройдет намеченный плебисцит в Верхней Силезии  — регионе, который оспаривали Польша и Германия. Референдум состоялся 20 марта 1921 года всего через два дня после подписания Рижского договора. Спешка не слишком помогла Польше. По результатам референдума большинство высказалось за оставление Верхней Силезии в составе Германии. Окончательно Силезия вошла в состав Польши только после Второй мировой войны  

Со своей стороны представители Советской России и Украины также стремились договориться с Польшей, чтобы сосредоточиться на окончании войны с остатками белых армий. Для этого Москва была готова пойти на существенные территориальные уступки в пользу Польши. В частности, предлагалось провести границу по рубежам Гомельской области, тогда в составе России. Минск по этому предложению должен был остаться в Польше, так как на последнем этапе войны он был занят польскими войсками. 

Что касается границы с Украиной, то тут Москва была не столь щедрой. Здесь стороны без особых дискуссий согласились на фиксацию границы по фактическому расположению линии фронта. Сказывался более высокий уровень украинского представительства и большая ценность Украины в глазах большевистского руководства. 

Был и еще один фактор. Ход гражданской войны и большевистская интервенция в Украину пока-зала высокий уровень сопротивления красным войскам. Кроме того, в наличие была довольно боеспособная армия УНР, которая ушла на территорию Польши и осуществляла рейды на подконтрольную большевикам территорию Украины. Отдавать это Польше большевики откровенно опасались и настаивали на сложившейся линии размежевания, чтобы оставить за собой большую часть украинской территории. 

Интересно, что и польская сторона не слишком настаивала на приращении за счет Украины и от-клонила советское предложение включить в состав Польши Каменец-Подольский. Да и относи-тельно Беларуси к московским территориальным «подаркам» отнеслись достаточно прохладно. Минск брать не захотели и ограничились присоединением лишь «бесспорно польских» террито-рий, то есть тех, где этническое польское население составляло большинство. В Украине так не получилось и этнические поляки в Подолье в значительной части остались на советской террито-рии. 

Судьба многих из них оказалась трагической. В сентябре 1935 года в СССР прошла волна арестов по делу агентурной сети POW (Polska Organizacja Wojskowa  — Польская организация войсковая). В 1937-38 гг. в ходе Польской операции НКВД было арестовано более 140 тыс. человек, из них более 110 тыс. были расстреляны. Иметь запись в паспорте в графе национальность поляк, как до этого финн было смертельно опасно.  

У населения не было никаких иллюзий в отношении советской действительности. Особой радости по поводу включения в состав Польши никто не испытывал как в Украине, так и в Беларуси, но все-таки советская власть представлялась большим злом. 

В декабре 1920 года Национальная рада белорусских земель потребовала включить в состав Польши Могилевскую и Витебскую губернии. В том же месяце просьбу о включении в состав Польши направила группа жителей Лепельского уезда Минской губернии, которую опубликовали польские газеты вместе с ответом министра иностранных дел. В нем говорилось, что польскими представителями в Риге требование о передаче в состав Польши «польской части Лепельского уезда будет защищаться с особенной энергией». 

В конце концов, в Риге стороны согласились расширить пределы Польши на севере, поскольку дисненско-вилейский коридор соединял Польшу с Вильно (Вильнюсом) и разделял Литву и Рос-сию.

Варшаву вполне удовлетворяла сложившаяся граница, и на данном этапе не ставился вопрос о территориальном расширении. Наоборот, была большая заинтересованность в стабилизации восточной границы, так как в отношениях с Германией и Чехословакией назревал кризис вплоть до военных столкновений с первой до октября 1921 года. 

Исходя из этих соображений, польское правительство не поддерживало или делало это крайне вяло ирредентистские тенденции на советской стороне. Это касалось как рейдов в Украину, так и в Беларусь. 

Совсем иначе вела себя Москва. Формально границу она тоже не оспаривала, но на самом деле в восточную часть Польши засылались достаточно крупные диверсионные отряды, распространялась антипольская пропаганда. От польской компартии были намеренно отделены коммунистические партии Западной Украины и Западной Беларуси. Польские коммунисты требовали пересмотра границы, что сводило их роль к положению маргиналов в польской внутренней политике. 

РИЖСКИЙ РАЗДЕЛ

Подписанный договор стал своеобразным компромиссом между Польшей и Советской Россией. Он не мог быть прочным по многим причинам.

Во-первых, обе стороны не были удовлетворены результатами советско-польской войны. Они смотрели друг на друга с подозрением, несмотря на подписание в 1932 году советско-польского договора о ненападении. У Сталина даже можно говорить о своего рода одержимости, гранича-щей с паранойей, в отношении Польши и ее, так называемыми,  происками.

Во-вторых, политика польских властей в отношении национальных меньшинств, которые состав-ляли около трети населения, оказалась во многом дискриминационной. После переворота 1926 года, когда Пилсудский вернулся к власти, делались попытки договориться с умеренной частью украинского и других национальных движений. Из этого, как и следовало ожидать, ничего не вышло. 

В-третьих, украинские и белорусские национальные движения ставили вопрос о создании соот-ветствующих национальных государств. Естественно, что это принципиально расходилось с польской политикой и обозначило внутреннюю слабость государства. Чем не преминули воспользоваться агрессивные соседи в 1939 году.  

Рижский компромисс был достигнут за счет раздела Украины и Беларуси. Вообще без учета и да-же с пренебрежением их интересов. Это был мир их национальной катастрофы, так как отодвинул на 70 лет создание соответствующих независимых государств. 

Мир за счет других народов никогда не бывает прочным и длительным. Рижский договор 1921 года оказался лишь перемирием и в очередной раз проиллюстрировал всю зыбкость успехов в территориальных приобретениях. В Москве надо было бы помнить об этом историческом примере.


ПРЯМАЯ РЕЧЬ


ФОТО РЕЙТЕР

 

Государственный секретарь США Энтони Блинкен держит свою защитную маску во время пресс-конференции на заседании министров иностранных дел НАТО в штаб-квартире Альянса в Брюсселе, Бельгия, 23 марта.

Энтони Блинкен предостерег Германию относительно «Северного потока-2» и назвал газопровод «плохой идеей» для США и Европы.

Во время своего выступления в НАТО, Блинкен также объявил, что обсудит вопрос достройки российского газотранзитного проекта с министром иностранных дел Германии Гейко Маасом, передает Голос Америки.  Должностные лица Германии ранее высказывались в интересах завершения строительства газопровода.

«Президент Байден очень четко высказался относительно того, что считает этот трубопровод плохой идеей, плохой для Европы, плохой для Соединенных Штатов, и, в конечном итоге, он [проект] противоречит собственным целям ЕС в сфере безопасности», — заявил Блинкен во время встречи с генеральным секретарем НАТО Йенсом Столтенбергом.

«Он может навредить интересам Украины, Польши и ряда близких партнеров и союзников», — прибавил главный дипломат США.  

Блинкен также отметил то, что американское законодательство предусматривает применение санкций против участников «Северного потока-2».