Путин и чудо-электромобиль

Почему президент РФ вдруг захотел бороться с глобальным потеплением?

Владимир Путин провел телефонный разговор со специальным представителем Президента Соединённых Штатов Америки по вопросам климата Джоном Керри, который находился в Москве с рабочим визитом. Сообщается, что Керри информировал Путина «о прошедших встречах с российскими коллегами, в ходе которых обсуждались различные аспекты международной климатической повестки». Российский президент в ответ заявил, что Россия «придаёт большое значение достижению целей Парижского соглашения, выступает за деполитизированный и профессиональный диалог на данном направлении. В этой связи затронуты вопросы подготовки к 26-й сессии Конференции Сторон Рамочной конвенции ООН об изменении климата (Глазго, 31 октября – 12 ноября 2021 года) с учётом национальных приоритетов по декарбонизации… В целом констатировано, что климатическая проблематика – одна из областей, в которых у России и США имеются общие интересы и близкие подходы».С Керри также встретился советник Путина и его специальный представитель по вопросам климата Руслан Эдельгериев. Здесь разговор был более конкретным. Обсуждали низкоуглеродное развитие и актуальные тенденции по декарбонизации мировой торговли. В официальном коммюнике говорится, что «Джон Керри представил меры, реализуемые США для сокращения выбросов парниковых газов, особенно отметив необходимость достижения температурных целей Парижского соглашения. Выражено желание оставить за скобками политические разногласия для совместного противодействия изменению климата». При этом и Россия, и США «подчеркнули важность строгих научных данных при принятии решений и в обсуждении отталкивались от информации Межправительственной группы экспертов по изменению климата». Вот насчет научности тут возникают большие вопросы, но об этом чуть ниже.

Эдельгериев указал на «последовательность национальной климатической политики, а также напомнил о совокупном объёме сокращения выбросов парниковых газов с 1990 года, превышающем 41 миллиард тонн CO2-экв. В контексте повышения амбициозности национальных целей ограничения выбросов парниковых газов советник Президента России выступил за тщательный анализ влияния данных инициатив на социально-экономическое развитие страны. Обе стороны отметили наличие значительного потенциала в России по созданию новых отраслей экономики, в том числе для производства экологически чистого водорода, технологий поглощения и накопления углерода из атмосферы, а также по развёртыванию атомных реакторов четвёртого поколения». Российский представитель напомнил также о том, что каждое государство имеет право «самостоятельно определять национальную климатическую политику и выбирать инструменты снижения выбросов парниковых газов в рамках Парижского соглашения и Рамочной конвенции ООН об изменении климата. Повышение климатической амбициозности увязываем с доступом к международным углеродным рынкам, недопущением климатического протекционизма и отсутствием санкций для климатических проектов». Одновременно Эдельгериев посетовал на то, что «односторонние ограничения наподобие пограничного углеродного корректирующего механизма Европейского союза ограничивают возможности России по низкоуглеродному развитию и экспорту продукции». При этом Россия «последовательно отстаивает необходимость достижения температурных целей Парижского соглашения, а именно: ограничить прирост среднемировой температуры намного ниже двух градусов Цельсия по сравнению с доиндустриальным уровнем и приложить все усилия по ограничению роста температуры ниже полутора градусов Цельсия. Рассматриваем данный показатель как первостепенный, что подчёркивает необходимость повышения поглощения углекислого газа из атмосферы, в том числе лесами и другими экосистемами».

Как представляется, обтекаемые дипломатические формулировки, тем не менее, отражают реальное желание Кремля более активно участвовать в международных акциях борьбы с глобальным потеплением. Это связано с тем, что тут пахнет очень большими деньгами, а на это у Путина просто поразительное чутье. Между тем, все прежние научные теории о зависимости глобального потепления, главным образом, от роста выбросов парниковых газов теперь смело можно считать псевдонаучными. Как я уже писал, в прошлом году, когда из-за пандемии происходило резкое падение экономики, активности гражданской авиации и значительное сокращение других источников парниковых выбросов, произошло самое значительное за все время наблюдение сокращение этих выбросов, но одновременно произошел максимальный за все время наблюдений рост средней температуры на планете Земля. Любой честный ученый сделал бы из этого факта однозначный вывод: парниковые выбросы вообще никак не влияют на глобальное потепление. И это подтверждается данными уже нынешнего, 2021 года, в июне которого произошло максимальное за все время наблюдений повышение среднемесячной температуры. И хотя в этом году и наблюдался рост экономической активности, а вместе с ним – рост парниковых выбросов, допандемийных показателей эти выбросы еще далеко не достигли. Следовательно, все предпринимаемые ныне и планируемые в будущем еще более масштабные меры по борьбе с парниковыми выбросами лишены всякого научного смысла и никак не влияют на глобальное потепление. Значит, если все планируемые в мировом масштабе меры по борьбе с глобальным потеплением будут реализованы, на ветер будут выброшены десятки, а, возможно, и сотни триллионов долларов и евро. На что же пойдут все эти грандиозные средства? В конечном счете – на бюрократию. Конечно, большинство ученых климатологов, которые являются сторонниками теории парниковых выбросов как главного агента глобального потепления и щедро кормятся от соответствующих фондов, пока что стараются не замечать вопиющий парадокс 2020 года. Но, я уверен, в скором времени изобретут для него какое-нибудь фантастическое объяснение. Ведь на основе указанной теории во всем мире уже ассигнованы такие огромные деньги (а в будущем их предполагается выделить на порядок больше), что отказ от данной теории будет означать катастрофу не только для многих научных школ, но и для правительств многих ведущих стран мира.

Одно из новомодных средств борьбы с глобальным потеплением – электромобили. В своем недавнем выступлении глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйн заявила, что, для того, чтобы сделать электромобили, которые значительно дороже бензиновых, доступными для людей с низкими доходами, можно будет в будущем создать специальный фонд, из которого можно будет субсидировать покупку и эксплуатацию электромобилей людьми с уровнем доходов ниже определенного уровня. Это – в дополнение к тому, что уже сейчас значительные суммы государственных денег идут на разработку и производство электромобилей. А ведь потом нужно будет еще создавать фонды для того, чтобы утилизировать аккумуляторы от электромобилей (когда электромобилей станет много). И подобные же фонды придется создавать практически по всем технологиям, которые призваны снизить парниковые выбросы, но которые без масштабных субсидий не способны конкурировать с обычными технологиями. Практический смысл борьбы с глобальным потеплением вроде бы сводится к разработке и внедрению новых технологий, что выглядит вполне прогрессивно. Но если в естественных условиях новые технологии побеждают старые в конкурентной борьбе благодаря тому, что удешевляют производство товаров и услуг, то те технологии, которые призваны бороться с парниковыми выбросами, способны побеждать только благодаря громадным государственным субсидиям.

Еще в 1989 году в журнале «Литературный Киргизстан» я опубликовал статью, где доказывал, что в СССР существовала огромная мнимая стоимость, т. е. производство таких товаров и услуг, которые в действительности товарами и услугами не являлись, а порой существовали только на бумаге. Речь здесь идет не только о банальных приписках, но также об искусственном завышении валовой стоимости продукции за счет двойного и тройного счета, а также, не в последнюю очередь – за счет производства некондиционной и излишней продукции, не находившей реального потребительского спроса. Здесь имеются в виду миллионы тракторов, которые обречены были простаивать до тех пор, пока их не разберут на запчасти или не сдадут в утиль, некачественная одежда и обувь, которую никто не купит и которая пойдет в утилизацию, партийно-пропагандистская литература, издаваемая многомиллионными тиражами и в значительной своей части сразу же отправляемая в макулатуру, и т. п. По моей оценке, действие всех этих факторов, связанных с мнимой стоимостью, завышало реальный объем ВВП СССР в середине 80-х годов примерно в 4 раза. Естественно, к удовлетворению материальных и духовных потребностей мнимая стоимость никакого отношения не имела, зато имела самое прямое отношение к их распределению. Благодаря производству мнимой стоимости удавалось получать вполне реальные материальные блага, выполняя и перевыполняя план. Точно так же сейчас все производства, связанные с борьбой с глобальным потеплением, будь то производство электромобилей, ветряных электростанций и тому подобной экзотики, по сути, являются мнимой стоимости, поскольку никаких объективных потребностей людей и общества не удовлетворяют, но зато требуют больших усилий по распределению средств из создаваемых для субсидирования этих производств фондов, а, следовательно, приводят к огромному росту бюрократии и связанной с ней коррупции. В свое время мнимая стоимость стала одной из причин гибели Советского Союза. И есть реальная опасность, что новая мнимая стоимость, связанная с борьбой с глобальным потеплением, может иметь катастрофические последствия для мировой экономики и будет способствовать укреплению авторитарных и тоталитарных режимов, которые как раз базируются на распределении, и ослаблению западных демократий.

Почему происходит глобальное потепление? Скорее всего, тут действует один из следующих двух факторов (или оба они в совокупности). Это – циклы солнечной активности, которые изучены нами далеко не полностью, и циклы внутреннего тепла земли, о которых мы вообще не имеем никакого понятия и в обозримом будущем вряд ли будем иметь. Понятно, что ни на солнечную радиацию, ни на процессы, происходящие в земных недрах, человечество никак воздействовать не может. Остается только терпеливо ждать, когда глобальное потепление сменится глобальным похолоданием, а пока что бороться не с глобальным потеплением (что не просто бесполезно, но еще и вредно), а с его последствиями. И здесь действительно приходится тратить все больше средств на компенсации жертвам наводнений и засух, на укрепление морской береговой линии, строительство дамб, высаживание защитных лесополос и т. д. На это действительно надо тратить средства, а не на бесполезные и дорогостоящие игрушки – электромобили.

Когда закончится глобальное потепление? Все зависит от того, с какой длины циклом мы имеем сейчас дело. Если речь идет о периоде глобального относительного потепления, сменившем период глобального относительного похолодания, который имел место на Земле с начала XIV до начала XIX века, то, скорее всего, нынешнее глобальное потепление продлится еще лет 200. Если же мы в настоящее время сталкиваемся с глобальным потеплением в рамках межледниковья, начавшегося 12 тыс. лет назад, то нынешнее глобальное потепление может продлиться еще несколько тысяч лет.

Почему Путин вдруг захотел бороться с глобальным потеплением? Он надеется, по возможности не принимая на себя конкретных обязательств по сокращению парниковых выбросов, получить от развитых стран и международных организаций средства на разработку и внедрение новых технологий, призванных бороться с парниковыми выбросами. А уж распорядиться полученными средствами Путин и его окружение всегда сумеют. Будущее покажет, обоснованы ли их расчеты. Но, думаю, западные правительства и Китай будут распределять средства прежде всего среди своих компаний, и России от них в лучшем случае достанутся только крохи.