МЕНЮ

Украине нужен успех

Лариса ИВШИНА, главный редактор газеты «День»
28 марта, 2019 - 19:17
Почему эти выборы так же важны, как и в 1999-м

...Очень важно — оценивать период системных изменений после 1999 года. Это был тот Рубикон, когда Украина могла проголосовать за кандидата, который очень серьезно и ответственно относился к тому, чтобы выполнить работу президента. Я напомню, что первый период, 1994-1999 годы, Евгений Марчук охарактеризовал в книге с названием «П’ять років української трагедії». Потому что, имея огромный опыт и массив информации, он увидел главные тенденции, сложившиеся уже в то время. И вышел потом не только с критической частью своей программы, но и с конструктивной. Она была изложена в книге, которая до сих пор остается очень актуальной, — «Україна: нова парадигма поступу». Там было много того, что Украина еще до сих пор не осуществила, имею в виду социополисы, электронное управление, немало важных реформ. Зато кандидат, опиравшийся на Россию, обещал русский язык и выходил с плакатами «Все будет четко!». Кстати, именно тогдашнее российское участие в украинских выборах до сих пор серьезно не проанализировано огромным сонмом наших экспертов. Потому что параллельным штабом руководил покойный Березовский, который потом триумфально прибыл на инаугурацию президента со своим журналистом Сергеем Доренко. Они привнесли те злокачественные технологии, которые мы, к сожалению, потребляем в огромных количествах все эти годы политических кампаний. Это был этап большого «инфицирования». негативным российским опытом.

Возможно, многие думают: зачем газета «День» так много уделяет внимания событиям, происшедшим 20 лет назад? Но они не закончились. И поэтому — нужно напоминать. На проигрыш кандидата, которого мы поддерживали, повлияло очень многие факторы. Конечно, административный ресурс, два «Руха», которые дробили двумя колоннами электорат, к которому обращался Евгений Марчук. Они, кстати, не признали своих ошибок, не раскаялись и сошли бесславно с арены. Но последствия этой разрушительной работы присутствуют и сегодня. Люди не могут решиться поверить в государственника.

Потом, конечно, роль Мороза в разрушении оппозиции. Первая попытка политической оппозиции — это была «каневская четверка». Очень несправедливо после выборов многие издания пытались абсолютно исказить эту картину. Хотя я говорила еще тогда, что «могильщиком Украины будет не Кучма, а Мороз». Такой резкой фразой я хотела предать звучание само этой его раскольнической миссии. Он всплыл и на этих выборах. Думаю, что те, кто здесь им руководил, и сейчас его «подтянули» для других своих задач.

Когда политически не могли победить Марчука в честных выборах, было запущено очень много механизмов с попыткой девальвации образа. Постоянно подчеркивалось, что якобы он пошел к Кучме, изменив своим избирателям. Это понижение образа тоже преследовало свою цель — отсечь его от влияния на большую политику. Но, конечно, что, во-первых, он принимал участие в первом туре и не выиграл. Это «заслуга» избирателей в частности. А пошел на должность секретаря Совета национальной безопасности и обороны — и абсолютно правильно сделал. Ведь куда ему было идти: садиться с Морозом в оппозицию, которая потом, кстати, затеяла заворуху с «кассетным скандалом», который до сих пор ничем не закончился? Или в политическую эмиграцию? Какой путь? Он выбрал самое сложное из возможных решение — согласился быть секретарем Совета национальной безопасности и обороны. И что он делал на этом посту? Может, этим поинтересовались бы активные поисковики — он там принимал стратегически важные решения: прошелся по внутренним «оффшорам», где тогдашние олигархи, соратники президента, прятали деньги. Что вызвало страшную ярость. В частности, некоторые газеты начали большую дискредитационную кампанию, в которой активно «подгавкивала» медийная тусовка. Кстати, заседание Совета нацбезопасности прошло и по «Укрзалізниці». Потом все говорили: «откуда у Кирпы деньги взялись на реформы, дороги и все такое прочее?» А потому что приняли решение очистить от коррупционных «наростов», облепивших, как омела, «Укрзалізницю», и вытягивали деньги.

И я уже не буду говорить о том, что Евгений Марчук разработал курс на НАТО. Кстати, немногие украинцы вообще помнят, что как только он начал работать, произошла ужасная автомобильная авария. И Евгений Марчук полгода выходил из нее. Хорошо помню: когда я публично сказала о том, что не исключаю того, что она произошла неслучайно, мне сразу сообщили, что на Банковой это очень не понравилось.

Эта история — о том, как Москва, в частности, руками внутренних или полезных идиотов, или недалеких людей, или, наоборот, очень корыстных людей, боролась с нашими государственниками и не давала возможности развернуть настоящую работу над созданием крепкого государства. В России очень хорошо запомнили, что Марчук выбросил Мешкова из Крыма. И они очень «высоко оценили» его таланты, в отличие от всех тех, кто в Украине называется политиками. Это дало старт большой деструкции и запустило целый «каскад» изменений, которые до сих пор влияют на жизнь многих украинцев. Коротко можно сказать, что в книге «Котел», або Справа без терміну давності» из серии «Новейшая история для «чайников» мы сделали свой посильный вклад для того, чтобы люди понимали, в какой реальности они находятся. Если бы не было второго срока Кучмы, не было бы «кассетного скандала», смерти Георгия Гонгадзе и очень многих процессов, вызывавших справедливое недовольство многих украинцев, вылившееся в Помаранчевую майдан.

Но пассионарная энергия наших людей не нашла надлежащего политического воплощения. В чем немалая заслуга нашей «прекрасной» интеллигенции. С первым Майданом вышло так, что интеллигенция вдруг как начала рассказывать, что Виктор Ющенко — это лучший, самый украинский президент. А мне кажется, что профессионализм — это и есть лучшее проявление патриотизма. И я в этом не одинока. Есть другие мудрые люди, которые так утверждают. О Викторе Ющенко говорили, что он неплохой банкир. Это было, когда рядом был Вадим Гетьман. Но он попал в очень сомнительную политическую компанию, нужно учесть и огромный вклад «помаранчевых» в эту деструкцию — они реально «провалили» уникальный шанс первой Майдана. После этого, казалось бы, им нужно вручить «красную карточку».

Украинцы должны были бы заботиться о формировании политической альтернативы. Это значит, что нужно работать с взглядами, идеями, привлекать (как, кстати, делал в первые годы Нурсултан Назарбаев и хотел делать Евгений Марчук) и учить свою молодую элиту на западе и готовить по серьезным лекалам к государственной работе. Украине был с самого начала «прописан» мягкий авторитаризм. Образованный мягкий авторитаризм. На лет десять построения правил. Когда больной на операционном столе, то атмосферу замораживают, а не подогревают, чтобы бациллы «скакали и в окна, и в двери».

Понятно, что нужна была грамотная, качественная политика по «разгосударствлению» людей. Потому что они привыкли в Советском Союзе к патернализму. А что воспитывает лучше всего? Собственность. Создание среднего класса. И до сих пор эта проблема не решена. После второго Майдана была попытка подступить к вопросу, чтобы олигархи доплатили за полученное за бесценок имущество. И в результате тот единственный олигарх, который поднял этот вопрос, попал «под раздачу», а все остальные — «в шоколаде». А относительно земли и собственности — хотят повторить тот же трюк, который уже удался с индустрией. Когда страна, начиная свой мученический путь как будто в независимость, пришла к колоссальной зависимости. Вот почему я говорила, что на месте снесенного Ленина нужно поставить памятник Оруэллу. Вспоминаем его основные мысли: «И если все принимают ложь, навязанную партией, если во всех документах одна и та же песня, тогда эта ложь поселяется в истории и становится правдой», «Во времена вездесущего обмана говорить правду — революционный акт». «Если свобода вообще что-то значит, то это право говорить людям то, чего они не хотят слышать», «Свобода — это возможность сказать, что дважды два — четыре. Если разрешено это, из этого следует все остальное», «Если ты в меньшинстве — и даже в единственном числе, — это не значит, что ты безумный».

То есть деградация политической жизни затронула и втянула многие других сферы. Кто-то может сказать: «что за «чернуха», разве не было ничего позитивного?» Сам факт жизни, конечно, позитивный. Ничего не потеряно, пока мы живы. Но не исчезает вопрос качества жизни. Люди «ногами» сигнализируют, устраивает ли их такое качество. Я, кстати, в ночь выборов 1999 года говорила, что мы разминаемся со своей историей. История — в одни двери, а мы — в другие. Прошло 20 лет. Может, время честно сказать, что тогда мы сбились с пути. И 20 лет закончились тем, что мы потеряли Крым. Я хотела бы верить, что нам хватит времени и мужества и я при жизни еще увижу, когда Крым вернется в Украину. Пролилось море крови, отстаивая Донбасс. Но война не названа войной. И когда мы на фотовыставке, которую газета «День» самоотверженно проводит уже 20 лет, выставили работу, которую я хотела назвать «Круты-2», то мои мудрые коллеги сказали: «Боимся, что этого никто не поймет». Не является ли это свидетельством «эффективности» гуманитарной политики, которая проводится в стране?

Вот какие процессы развернулись в результате политических результатов 1999 года. Поэтому у нас каждый раз выборы — это стресс. И выборы-2019 — это тоже стресс. Потому что мы сталкиваемся с реальностью. Иллюзии, имитации — долой, наступает реальность. Которой многие не хотят замечать. Опять-таки обращаюсь к цитированию. Мое мнение 1995 года: не для того мы убегали из лагеря, чтобы оказаться в «малине». Воровской «малине». А какие мы потом выдвигаем претензии к молодежи? Вот сейчас они голосуют, есть те, кто чудом остался вне влияния «малины». Они защищают Украину, создают новые рабочие места, работают, учатся. Есть прекрасная здоровая часть, которая уцелела, несмотря на всю эту «токсичную» атмосферу. Семейная традиция, воспитание, патриотизм, хорошие учителя. Многим повезло. Но многим — не повезло. Потому что государство не могло выполнить функцию защиты их от атмосферы «малины». Может, эта экспансия попсы и политиканства на всех каналах имела целью вырастить качественную политику? Молодежь вырастала в этой атмосфере. Где с ними говорили о тех наших узниках ГУЛАГа, которые подняли Норильское восстание? Где весь этот героический народ? В телевизоре его нет. Как он может себя идентифицировать? Он себя не видит. И его проблемы — это его проблемы. Сейчас несколько каналов (в частности «Общественное», «Прямой») делают сюжеты — небольшие эпизоды из жизни пленных моряков. Это должно было происходить все годы. 90% внимания — жизни людей, 10% — политиков, а не наоборот. Также нужно вспомнить разнообразные рейтинги «100 известных//успешных...» — это еще один способ абсолютно искривлять картину жизни. Все решают деньги — кто на первых ролях и кто влиятельный. Еще когда-то наш кандидат сказал, что «рыночной должна быть экономика, а не общество». Сейчас все продается и все покупается. Поэтому Украина и попала в «котел», и попала в «Минский котел». И опять-таки Евгений Марчук вместо того, чтобы говорить: «А я вам говорил!» — принимает самое сложное решение. Уже не с тем здоровьем, с каким он пошел на выборы 1999 года, все равно пытается хоть одну жизнь спасти на фронте. Бесконечным сжиганием нервов на этих переговорах, без всякой благодарности, без всякой поддержки. И это также — о состоянии общества, которое должно научиться быть внимательным к своим Сильным. Их так мало. И не играться на выборах. А относиться к этому как к очень большой ответственной роли гражданина.

Я часто спрашиваю, и мы даже проводили опрос: кто помнит, за кого он голосовал в 1999 году? Из тех, чьи дети на фронте? Те, чьи дети погибли, помнят, за кого они голосовали? А такие опасные «плоды» «созревают» долго. Люди реально опомнились, когда их «долбануло». А эти ранние признаки опасности я видела. И сколько могли, мы предупреждали на всех уровнях. Когда был второй Майдан, мы на первой странице показывали, что может произойти, прямым текстом. Никто не процитировал, никто не вспомнил, никто не охнул, никто даже не сказал: «Что они вообще делают?» А наша первая страница, на которой было написано: «Если таким образом снимать Януковича, на Донбассе будет прямое путинское правление».

И потому я имею определенные основания говорить о том, что эти выборы — такое же очень важное решение, как и в 1999 году. И я думаю, что те, кто голосовал за Марчука, должны прислушиваться к его голосу и советам. Он высказался в поддержку Игоря Смешко.

Я уже написала в «Фейсбуке», что вообще-то понимаю электорат Зеленского. Я тоже за то, чтобы их всех «смыло». Особенно тех, кто прямо или из-за своего невысокого уровня — интеллектуального или морального — принимал участие в том, что «раскручивало» эти «маховики», которые нас несли навстречу российскому «поезду». Было видно, что это было движение к столкновению с двух сторон. Ослабляя свою страну, не допуская сильных в политику, украинцы сделали часть работы, которая приблизила нас к войне. Путин напал, потому что мы были слабы. И Крым он решил забрать именно потому, что он видел эту внутреннюю грызню, которая создавала прекрасный плацдарм.

Сам факт устранения державников из политики — это всегда помощь врагу. И политическая ответственность должна наступить. Они должны быть заменены другими людьми. Но как это сделать, помимо выборов? Поэтому ответственность избирателя колоссальна. Другое дело, что, в отличие от избирателей Зеленского, я делаю из этого всего другой вывод: да, я считаю, что эти политики плохого качества и их нужно заменить — на лучшее качество. Здесь нужно сделать усилие. Не вниз. Я уже говорила, что Зеленский — это лучшее, что ждет нас на «дне». На «дне», к которому мы все эти 20 лет «с песнями и фестивалями», с красивыми лозунгами, пафосными речами шли. Вот практически пришли. Осталось убедиться, сработают ли инстинкт самосохранения и ум. Выборы — это перепись умного населения. И ответственного, конечно. «День» — против «дна».

Мы любим фильм «Темные времена» о Черчилле. А что он говорил? «Я не могу предложить ничего, кроме крови, тяжелого труда, слез и пота». И черта державника — это черта человека, который скажет: «Нет-нет-нет, никаких сладких обещаний, вы будете со мной работать вместе».

Возможно, это самые тревожные выборы. Потому что это выборы в условиях войны. Призыв «Думай!» — очень правильный. Но надо думать не раз в пять лет. Еще когда-то я высказалась о деятельности некоторых наших медиа как об «аналитике навозной кучи». Анализировали-анализировали, развели политическое «Грибовичскую свалку», и на этом вырос ядовитый «цветок». Который называется — мухоловка. Это — особенности наших выборов-2019. То есть о народе, его образовании, качестве жизни, ответственности, осознанности своего выбора не заботились. Все эти годы не заботились, а затем пришли к выборам и хотят «олимпийского рекорда» самоотверженности. Да, наверное, она будет. Есть люди, которые, несмотря на все проблемы государства, занимаются самообразованием, придерживаются какого-то курса, — и на них надежда. Но очень рискованно постоянно играть в «русскую рулетку». Потому что у Украины очень сложный бекграуд, мы многократно теряли независимость. Нам абсолютно необходим успех. А на это нужно решиться. Хотеть полноценной жизни. А как решиться народу с комплексом неудачника? Это же страшно. «Давайте как-то приспособимся, не будем ничего ворошить, чтобы хуже не было». А я убеждена — нам нужно решиться! Украине нужен успех.