МЕНЮ

«Если нас завтра разгонят – не факт, что придут лучшие»

Иван КАПСАМУН, «День»
13 февраля, 2020 - 19:24
Ольга ВАСИЛЕВСКАЯ-СМАГЛЮК о деградации украинской политики, центрах влияния и проблемах с контекстной журналистикой

Наибольшая парламентская фракция «Слуга народа», что впервые в украинской независимой истории единолично получила абсолютное большинство в Верховной Раде, имеет достаточно разношерстную публику. Похоже, даже сам президент и руководство партии, идя на выборы с лозунгом только «новые», не до конца понимали, сколько кадровых сюрпризов их ожидает во время реальной работы. За этих полгода монобольшинство фактически «не вылезает» из разных скандалов («зашквари», как они их сами называют), из-за заявлений, действий, или приобретения публичности до сих пор неизвестных широкой общественности негативных страниц биографии тех или других «слуг народа». А все потому, что правильный лозунг все-таки должен был бы быть не «новые», а «лучшие».    

Однако, конечно, среди представителей президентской фракции есть достойные люди. Именно на них и нужно делать «ставку». О том, по каким критериям подбирались люди в монобольшинство? Какие группы влияния существуют во фракции «Слуга народа»? Что собой вообще представляет действующий парламент? А также: о чем думают люди на местах? Нужно ли критиковать власть? Насколько реальной является деолигархизация страны? Что означает замена руководителя Офиса Президента? Следует ли ожидать переформатирования правительства и досрочных парламентских выборов? Об этом и другом интересном говорим с народным депутатом от «Слуги народа», прежним журналистом Ольгой ВАСИЛЕВСКОЙ-СМАГЛЮК.

«ОПЫТ, КОТОРЫЙ Я ПОЛУЧИЛА ЗА ЭТИ ВОСЕМЬ МЕСЯЦЕВ, ИЗМЕНИЛ МОЕ СОЗНАНИЕ»

— С момента избрания вас народным депутатом прошло достаточно времени, чтобы почувствовать новый статус. Привыкли?

— Разве можно привыкнуть к перманентному шторму? Это постоянный источник напряжения, дискомфорта, комплекса вины из-за завышенных ожиданий населения. Особенно, если ты депутат-мажоритарник и человек с совестью. Я очень часто провожу приемы граждан, и постоянно приходится слышать: «ты должен быть инвестиционной няней», «нам не к кому больше йдти», «мы в безвыходном положении, делайте что-то». Люди загнаны бедностью и обманом власти. Но я рада, что являюсь именно депутатом-мажоритарником, а не депутатом-списочником. Я чувствую себя слугой народа в прямом смысле. Проблемы людей воспринимаю, как свои личные. Понимаю, что им не к кому пойти, где искать справедливости, потому что органы исполнительной власти, местные бюрократы — аморфны. Нам выпало время работать в условиях тотального развала системы власти. Кроме депутата, человеку не к кому обратиться. Да и не только человеку, но и сельскому голове, голове ОТГ.

ФОТО РУСЛАНА КАНЮКИ / «День»

Как вы воспринимали проблемы людей раньше, когда были журналистом, и сейчас, когда стали депутатом?

— Это кардинально разный взгляд на мир. Я поняла, что ничего не знала о жизни людей на местах, о том, какой они представляют себе власть. Когда я работала журналистом, то больше заботилась резонансными темами, которые касаются власти, политики, коррупции, а которые были жизнью вне Киева — понимала бегло. У меня была нехватка знаний о том, как устроено местное самоуправление, по каким законам оно функционирует, ведь часто это не законы Украины, а законы феодализма, кумовства, круговой поруки. Сплетням местечковой власти и их интригам мог бы позавидовать Мадридский двор. Поэтому, конечно, опыт, который я получила за эти восемь месяцев, изменил мое сознание. И потому сейчас, я, во-первых, думаю о том, чтобы сломать круговую поруку, которая десятилетиями господствовала на Печерских холмах и в округе. Хочу показать результат, который будут вспоминать. Во вторую очередь, я думаю о том, чтобы не упасть в крайности, остаться собой. Ведь то, что я  сейчас наблюдаю среди народных депутатов, можно разделить на две тенденции. Одни впадают в депрессию: «что я здесь делаю, скорее бы это все закончилось, потому что я не могу дать людям то, чего они ждут от меня», а другие считают, что значок депутата — это корона, которая дает статус хозяина на всей земле. Именно вторая категория и порождает — продажа собачек за коммуналку, обиды академиков и ученых, корупционогенные переписки... Я иногда разговариваю с рядовыми работниками ВР, которые отмечают очень нахальное, унижающее поведение новых депутатов, особенно молодых.

«...ЭТО НЕ ДЕЦЕНТРАЛИЗАЦИЯ, А КОНЦЕНТРАЦИЯ ВЛАСТИ»

— Когда вы решили баллотироваться в парламент, не думали о недостатке знаний, о том, что вы являетесь «парашютистом» на мажоритарном округе, вообще не слишком ли легкое у нас восприятие депутатства?

— Как журналист с 15-летним опытом работы в парламенте и в расследованиях я не чувствую себя чужой под куполом и на трибуне.

Конечно, это не адекватно, когда к власти приходят люди совсем далекие от политики. Но это результат народного протеста. Народ так решил — нужно все снести и новый мир построить. Потому что старый не оправдал надежды, часто завышенные. Думаю, следующая власть будет опытнее. Если результат деятельности нашей не приведет к коллапсу. Нас уже называют «ликвидационной комиссией». Нет стратегии, нет виденья. Но, в конечном итоге, и у предшественников этого не было. Но мы — это не последний ли шанс. Народ напряженно ждет.

Одна из главных моих мотиваций баллотироваться на выборах —  сломать круговую поруку «гречкосеев» и мафии от власти. Я точно не соблазнюсь ни на что, потому на моем округе в рамках моей компетенции не будет панибратства, кумовства и желающих к бюджетным средствам.

Децентрализация и реформа местного самоуправления может решить эти вопросы?

— Если реформа будет проходить  так, как это записано в законе, то нет. Потому что это не децентрализация, а концентрация власти. Из-за того, что у префектов будут почти неограниченные полномочия, больше чем у действующих губернаторов, децентрализация, деолигархизация и другие «де» не состоятся. Нужно понимать, что даже очень успешные громады одинаково нуждаются в питании из центрального бюджета, не говоря о финансово несостоятельных громадах. Вот, например, медицина. Происходит переформатирование больниц, а некоторые из них просто закрываются — у меня, например, под угрозой закрытия находятся Полесская и Иванковская больницы.

Я, в частности, приводила на округ директоров государственных предприятий — у нас был главный налоговик, главный почтовик... Мы делаем это для того, чтобы руководители, которые живут в Киеве, едят в дорогих ресторанах и ездят на дорогих авто, увидели, как живут люди местах — как они ездят велосипедами, ходят пешком по неосвещенным улицам, как им не за что и даже негде купить лекарства...

8 ДЕКАБРЯ 2019 ГОДА. ВЕРХОВНАЯ РАДА УКРАИНЫ / ФОТО РУСЛАНА КАНЮКИ / «ДЕНЬ»

«ЛЮДИ ДОЛЖНЫ ПОНЯТЬ, ЧТО НЕЗАВИСИМОСТЬ — ЭТО ТЯЖЕЛЫЙ ТРУД, А НЕ ДЕПУТАТ С ШАШКОЙ НА МЕТЛЕ»

— Есть ли это обязанностью народного депутата?

— Большинством проблем люди должны заниматься самостоятельно или сплачиваться. Например, ко мне в Иванковском районе подошла женщина:

«Я многодетная мама, и мне говорят, что для того, чтобы получить субсидию, мой муж должен пойти и взять справку».

«Так пусть пойдет и возьмет эту справку».

«Он занят».

«Так пойдите сами».

«У меня ребенок».

«Хорошо, давайте я съезжу и возьму вам ту справку».

То есть люди обращаются ко мне по вопросам, которые не входят в мои полномочия. На днях мне позвонил священник, который не может заполнить в компьютере заявку на поездку в Чернобыльскую зону. Также ко мне обращаются с просьбой продать старую или купить новую корову. Я пытаюсь объяснить людям, что они сами должны продавать и покупать коровы, объединяться вокруг борьбы с коррупционным главой райсовета, вообще самим предпринимать определенные действия там, где это возможно и нужно. Это проблема нашего общества: люди думают, что депутаты дармоеды, потому что не помогают им продавать-покупать корову.

Люди, общество должны понять, что независимость — это тяжелый труд, а не волшебник на вертолете или депутат с шашкой на метле.

— Новый Избирательный кодекс предусматривает отмену мажоритарки в классическом виде, однако предусматривает пропорциональную систему с открытыми списками, которые частично также являются мажоритарными.

— Когда мы говорим об Избирательном кодексе в разрезе парламентских выборов — это система достаточно-таки приемлемая. Однако зная наших людей, могу сказать, что нужно проводить много просветительных акций для того, чтобы они разобрались в новом кодексе и понимали, как им голосовать. Потому что часто бывает так, что где им скажет руководитель участка, там они и ставят отметку. Особенно это касается выборов в глубинке.

«ХОТЕЛОСЬ БЫ, ЧТОБЫ В ОФИСЕ ПРЕЗИДЕНТА, КАБМИНЕ ИЛИ ПАРЛАМЕНТЕ НОЧЬЮ НЕ ГАС СВЕТ, ПОТОМУ ЧТО КТО-ТО ПЕРЕВОДИТ ТАЦИТА»

— Как вы оцениваете уровень действующих народных депутатов, так как часто приходится слышать, что с каждым созывом становится все хуже и хуже?

— Королева Елизавета І переводила Тацита. Ей было интересно, достаточно правильная ли она королева, правильным ли монаршим путем она идет. Конечно, мне бы хотелось, чтобы в Офисе президента, Кабмине или парламенте ночью не гас свет, потому что кто-то переводит Тацита. Но. Каждая следующая власть в Украине хуже предыдущей. Если нас завтра разгонят — не факт, что придут лучшие. Почему так происходит?

Потому что мы думали, что наша страна — неисчерпаемый ресурс. И все, кто приходил к власти, вели себя, как гости: мусорили, ели, пили. Потом убегали из-за стола. Говорили: продут следующие и после нас уберут. В конечном итоге мы проели-пропили все, что могли, разворовали. Кроме того, развалили нашу науку, наш кадровый потенциал.

Отсутствие компетенции и нехватка образованности являются нашей большой проблемой — нашим вызовом. У нас Тацита переводят только в далеких холодных закоулках считанные идеалисты или заучки. Их надо загонять во власть кнутами, потому что сами они не пойдут. Сильно разочарованы, демотивированы, заняты выживанием. Начать нужно с того, чтобы дать им микрофоны, прямые эфиры. Создавать из них экспертную среду.

Если оценить нашу новейшую историю, почему произошла такая деградация украинской политики?

— Потому что продолжается деградация украинского общества. Пассионарии проявляются только от революции к революции, а между революциями куда-то исчезают или, соблазнившись, растворяются во власти. Опять же, имеем много проблем в стране из-за нехватки образованности. Наша наука в застое, у педагогов низкая зарплата, а коррупция выедает все живое. Проще говоря, люди вынуждены думать о том, чтобы поесть, а не о том, какую книжку почитать.

Вместе с тем, украинское общество уже не раз давало шансы политикам — на выборах и с помощью майданов, в том числе и жертвуя собой, но все заканчивалось разочарованием.

— Потому что мы, украинцы, воспринимаем власть как шанс, а не как вызов. В украинской политике люди, когда дорываются до «корыта», то хватают как в последний раз, чтобы обеспечить себе беззаботную жизнь до конца своих дней. К сожалению, это правда, и мы это позволяем. То, что я сейчас наблюдаю в политике, это в точности повторение истории 2004, 2014 годов — истории разочарования. И будет очень жаль, если Президент это допустит. Тогда придумали люстрацию, которая принесла больше вреда, чем пользы, а сегодня идет «очистка» от прокуроров, которые работали при предыдущей власти. Сегрегация общества на плохих и хороших — это неправильно, должны цениться критерии профессиональности, патриотизма, порядочности.

ФОТО РУСЛАНА КАНЮКИ / «День»

«Я СЧИТАЮ, ЧТО ИМЕЮ ПРАВО ВЫРАЖАТЬ СВОЕ МНЕНИЕ И ПОДСКАЗЫВАТЬ ПРЕЗИДЕНТУ»

— Вы представляете пропрезидентскую и самую большую фракцию в парламенте, но достаточно часто критически высказываетесь в адрес власти. Что не так? Кстати, вспоминаются примеры Мустафы Найема и Сергея Лещенко, которые до последнего сидели во фракции Петра Порошенко в парламенте, при этом постоянно критиковали тогдашнего президента.   

— Во-первых, я никогда не критикую самого Президента, потому что считаю, что его проигрыш — это наш общий проигрыш. Я уверена в том, что Президент имеет чистые намерения и он порядочный человек, но есть проблемы с окружением, которому не хватает компетенции и порядочности. Более того, отсутствие доверия Президента к своему окружению может сыграть злую шутку, причем с нами всеми. Поэтому я считаю, что имею право выражать свое мнение и подсказывать Президенту, например, относительно необходимости очистки Кабмина, потому что там есть коррупция и мало что изменилось в этом плане. Я вижу свою функцию в том, чтобы быть участником событий и делать на своем месте те вещи, за которые потом не будет стыдно. Я понимаю, что, наверное, не стала бы депутатом, если бы не Зеленский и протестная волна, которая смела Порошенко. Мы же понимаем, что именно благодаря протестному голосованию Зеленский стал Президентом, потому что я так же голосовала против Порошенко, так как он обманул всех и предал надежды украинцев. Президента Зеленского нужно поддержать, кстати, помимо официальных заявлений я еще пишу ему письма.

— Читает?

— По-видимому, нет. Например, я написала письмо касательно судьбы законопроекта о Бюро финансовых расследований за моим авторством, который Рада приняла в первом чтении, а затем провалила. Думаю, Президента подставляют, ведь может так случиться, что Бюро финансовых расследований уже никогда не создадут.

«ВОПРОС РАСПЫЛЕННОСТИ И БОРЬБЫ ГРУПП ВЛИЯНИЯ ЕСТЬ НЕ ТОЛЬКО В ПАРЛАМЕНТЕ, НО И В КАБМИНЕ И ОФИСЕ ПРЕЗИДЕНТА»

— Насколько фрагментирована сегодня фракция «Слуга народа», ведь в СМИ постоянно пишут о группах влияния и внутренней борьбе? В частности, с использованием телеграмм-каналов как инструмента «слива» информации и нападений друг на друга.

— Вопрос распыленности и борьбы групп влияния есть не только в парламенте, но и в Кабмине и Офисе президента. Существует много центров, которые дезориентируют, деморализуют, и меня как депутата заставляют сомневаться в монобольшинстве.

Что касается групп влияния, то журналисты делят на: «группу Коломойского», к которой относят меня, «группу Павлюка», «группу Зеленского». Говорят, что есть даже «группа Медведчука». Есть «люди Злочевского», «люди Пинчука», «люди крупных агрохолдингов». Есть «депутаты Ахметова». Все это в парламенте было всегда.

А вы сами относите себя к «группе Коломойского»?

— Я работала на телеканале «1+1». Но стать народным депутатом и пойти по 96-у округу мне предложил совсем другой человек, который занимался выборами в областном штабе «Слуги народа». И этот человек точно не относится к «группе Коломойского».

Вы считаете это правильно, когда народного депутата связывают с любым олигархом?

— У нас при желании можно связать совсем незнакомых людей. Мне показывали одну справку из СБУ, где человека привязали к одному олигарху только потому, что он оказался однофамильцем сотрудника этого олигарха.

Что касается лоббизма, то давно нужно принять соответствующий закон и не заводить глаза вверх. Мы все понимаем, что любую избирательную кампанию нужно финансировать, и мы так же понимаем, что ни одна политическая партия и ни один президент не финансировал свою кампанию из собственного кармана. Многие люди были заинтересованы, чтобы Петр Порошенко покинул пост президента, поэтому разными путями помогали (финансово, влиянием, другими возможностями) Зеленскому победить. Это реалии нашей жизни. И так всюду в мире.

ФОТО РУСЛАНА КАНЮКИ / «День»

«Я ВЫБРАЛА НАПРАВЛЕНИЕ БОРЬБЫ С ОТМЫВАНИЕМ ДЕНЕГ И ЛЕГАЛИЗАЦИИ ДОХОДОВ, ПОЛУЧЕННЫХ ПРЕСТУПНЫМ ПУТЕМ»

— В отличие от Запада, где также есть группы влияния, там еще главным образом работают институты, чего у нас нет. Соответственно, стоит вопрос деолигархизовать (демонополизировать) страну, когда супербогатые, может, и будут влиять, но не руководить государством. У нас это вообще реально?

— Зеленский нигде не декларировал, что будет бороться с олигархами. Единственный Президент, который об этом говорил, был олигарх Петр Порошенко. Я понимаю, что в Украине 50-60% экономики находится в тени, за которой действительно стоят 5-6 человек. И эти люди не меняются. Плохо, что у нас лоббизм не легализован, а олигархи получают бонусы за то, что вкладываются в депутатов, министров, чиновников. Поэтому свое призвание я вижу в том, чтобы обязать олигархов, крупный бизнес, вывести из тени 50-60% экономики, заставить их показать эти средства и заплатить из них налоги. Ведь мы понимаем, что эти теневые деньги вкладываются в то, чтобы и дальше сидеть на потоках. Я выбрала направление борьбы с отмыванием средств и легализации доходов, добытых преступным путем, для того, чтобы помочь нашему государству. Но надо понимать, что такие вещи не делаются за один день, это долгий путь, который может растянуться на годы.

Кстати, мы с вами в настоящий момент сидим в комитете по вопросам финансов, и вы знаете, очень интересно наблюдать, как, например, депутаты из «Слуги народа» сотрудничают с депутатами «Евросолидарности». Я после заседаний комитета иногда пересматриваю записи камер, которые стоят в помещении, чтобы лучше понять — кто и как ведет себя во время того или иного голосования. Тогда все становится понятно. Если возвращаться к группам влияния, то у нас во фракции есть очень «классная» группа — «порохоботы» называется, которые полностью сотрудничают с «ЕС» по всем вопросам.

— Как эти все люди могли оказаться в одном «котле» СН?

— Их выбирали точно не по качеству перевода Тацита.

«УМНЫЕ НИКОМУ НЕ НУЖНЫ — НУЖНЫ УПРАВЛЯЕМЫЕ»

— А выставить какие-то критерии руководство партии не пробовало? Чего не хватило — политической воли, понимания или желания?

— Мне кажется, что когда набирали людей, то руководствовались их лояльностью: тот друг, тот сосед, тот кум... Умные никому не нужны — нужны управляемые. Результатом этого стало то, что помимо слабых депутатов мы еще имеем откровенно слабого премьер-министра. Я была недавно на заседании правительства — это был для меня шок. Во-первых, площадка для журналистов пуста: кто бы мог подумать, что журналистов перестанут пускать на заседания правительства. Никогда за мои 15 лет работы в журналистике такого не было, это хамство и унижение. Во-вторых, сам дискурс, я услышала слово «сенситивный» раз десять: «Это очень сенситивный вопрос — давайте снимем его с повестки дня, или это очень сенситивный вопрос — давайте обсудим его в следующий раз...» Ни одного вопроса по макроэкономике, ни одного вопроса по инфраструктуре, ни одного вопроса, который бы касался отчета правительства. О чем это все?.. Министр экономразвития Милованов забыл какие-то документы о наблюдательных советах, а премьер говорит ему: «Ничего, принесешь в следующий раз». При нормальном премьере такой человек летел бы (фигурально) с седьмого этажа.

Вижу сейчас точно желание некоторых министров расставить своих людей на ключевые предприятия и агентства, иногда не брезгуя противозаконными методами, ломая через колено всех подряд. На замену ставят кричащих, но послушных бездарей.

Видит ли Президент, что это провальная кадровая политика?

— Не знаю, насколько глубоко он видит ситуацию. Я так понимаю, что Президент хотел назначить управляемого человека, которому он может доверять. И вот результат. Сейчас сильная и достаточно самостоятельная фигура, которую я вижу во власти, — это спикер парламента Дмитрий Разумков.

— Кстати, в разных Телеграм-каналах циркулирует информация о том, что под спикера и возможные досрочные парламентские выборы готовят новый политический проект, в частности, якобы такое предложение ему сделал Ринат Ахметов. Что вам известно об этом?

— Разумков не похож на предателя, поэтому я не думаю, что он мог бы на это согласиться. По моему мнению, он пока наращивает свои политические мышцы и мы действительно увидим впоследствии мощного политика.

ФОТО РУСЛАНА КАНЮКИ / «День»

«ЕРМАК — ЧЕЛОВЕК, СПОСОБНЫЙ ДОГОВОРИТЬСЯ О ЧЕМ УГОДНО...»

— Впрочем, на днях одно из громких кадровых решений Владимир Зеленский все-таки принял — заменил руководителя Офиса президента. Чем, по вашему мнению, вызвана ротация Андрея Богдана на Андрея Ермака? Что это значит для баланса разных групп влияния, в частности «группы Коломойского»? Каких следует ожидать последствий?

— Не думаю, что это как-то повлияет на Коломойского. Вообще, считаю это большим мифом — отношения с Богданом кого-то из бизнесменов. Думаю, что Ермак — человек, способный договориться о чем угодно. И его назначение может помочь в переговорном процессы с РФ. Единственный вопрос — какой ценой и в обмен на что.

Возможны ли досрочные парламентские выборы осенью?

— Недавно, когда мы отказались голосовать за законопроект о децентрализации, Президент собирал руководителей так называемой малой фракции «Слуги народа». Мне пересказали, что глава государства упрекал депутатов плохой работой и отмечал, что если так будет продолжаться, то он разгонит действующий состав парламента. Думаю, возможность проведения досрочных выборов в Верховную Раду вместе с местными выборами осенью невозможна, потому что невыгодна. Монобольшинства уже никогда не будет.

«ГОЛОВЫ БУДУТ ЛЕТЕТЬ ПОСЛЕ ОТЧЕТА ПРАВИТЕЛЬСТВА. ЭТО ТОЧНО»

— Будет ли в ближайшее время переформатировано правительство?

— Я думаю, что это нужно сделать, потому что есть откровенно слабые министры, не говоря о премьере. Знаю, что одним из первых шагов, после которого Гончарук настроил против себя весь Кабмин, стал внутренний чат, который он завел для заместителей министров. То есть начал напрямую раздавать им задания, что нарушает любую субординацию. Вообще, в правительстве господствует хаос и отсутствие единовластия. Читала будущий отчет правительства, который должен состояться в парламенте. Набор слов, не более того. Головы будут лететь после отчета. Это точно.

— Вы уже комментировали свои скандальные слова «в нашей стране настолько сильна свобода слова, что ее пора бы уже немного приглушить», объяснив это тем, что они были вырваны из контекста и касались «идей, которые призывают к насильственным действиям». Вообще, как вы оцениваете состояние свободы слова в Украине и состояние самой журналистики?

— Я действительно довольно неудачно высказалась, особенно если учесть, что мои слова вырвали из контекста. Последнее говорит о том, что у нас большие проблемы с контекстной журналистикой. Если ты можешь уловить хайп, то выходит, что ты хороший политик или журналист... Сегодня журналистика уже не та, потому что, например, если Джулиани анонсирует эксклюзивное интервью с Шокиным, то он также может считаться журналистом. Также я поняла, что классическая журналистика отмирает, когда Ляшко пошел в Администрацию Президента и начал стримить тамошние события... Вот за что я, собственно, и уважаю «День», который дал мне дорогу в жизнь легкой рукой моего отца, который в течение долгого времени сохраняет и печатную версию газеты, и контекстную журналистику. На сегодняшний день это большая редкость.

ЭТО ФОТО МИХАИЛА МАРКИВА БЫЛО ПРЕДСТАВЛЕНО НА ФОТОВЫСТАВКЕ «ДНЯ»-2019. МЫ ЕГО НАЗВАЛИ «ТАКЕ МІНЛИВЕ ЖИТТЯ». НА НЕМ СКАНДАЛЬНЫЙ ДЕПУТАТ ОЛЕГ ЛЯШКО И ОДНА ИЗ САМЫХ ИЗВЕСТНЫХ ЖУРНАЛИСТОВ-РАССЛЕДОВАТЕЛЕЙ ОЛЬГА ВАСИЛЕВСКАЯ-СМАГЛЮК. ДО ПАРЛАМЕНТСКИХ ВЫБОРОВ ОСТАЛОСЬ МЕНЬШЕ ГОДА...   / ФОТО МИХАИЛА МАРКИВА

«К СОЖАЛЕНИЮ, ДЕЛО ГОНГАДЗЕ» — ТАКАЯ ЖЕ ЧЕРНАЯ ДЫРА, КАК «ДЕЛА МАЙДАНА». НЕВЫГОДНО ОТКРЫВАТь      ПРАВДУ»

— Одна из ключевых тем, которую наша газета ведет в течение многих лет, — это освещение «дела Гонгадзе-Подольского». Как известно, до сих пор (уже почти 20 лет) в этом деле нет юридической точки в части заказчиков. Как вы думаете, почему? Что показательно, в парламенте этот вопрос вообще не затрагивается, хотя там немало журналистов и политиков, которые в свое время, в том числе, сделали себе карьеру на этой теме.

— Это одна из причин, почему я разлюбила свою профессию журналиста. Любая новость, даже такая ошеломляющая, как убийство известного журналиста или сбивание самолета, живет не дольше нескольких дней. Если бы мой папа дожил до дней, когда аннексировали Крым и захватили Донбасс — он бы очень переживал. А для нас это будничность. Мы тонем в потоке новостей настолько, что не помним, что было вчера. К сожалению, «дело Гонгадзе» — такая же черная дыра, как дела Майдана». Невыгодно открывать правду, потому что, возможно, эти люди еще очень влияют на украинскую современность. Да и некому расследовать. Развал правоохранительных органов не мотивирует следователей заниматься политическими делами, потому что можно поплатиться. К сожалению, у меня нет ответа.

— Как вы оцениваете законопроекты «о дезинформации» и «о медиа»?

— Я думаю, что с этими законопроектами перегнули: «Умели готовить, и не умели подавать». С фейками и дезинформацией действительно нужно бороться, но этим должны заниматься правоохранительные органы и суды. Если правоохранительные органы видят, что это фейк, всегда есть рычаги влияния на распространителей дезинформации, и для этого не нужно создавать какой-то карательно-репрессивный орган, который будет напоминать времена КПСС, потому что это еще больше будет настраивать общество против власти. Поэтому не думаю, что данные законы будут приняты.