МЕНЮ

Пример честности и гражданского мужества

Данута КОСТУРА
2 июля, 2020 - 19:47
О двух арестах и творчестве Михтодя Волынца

В Ворзеле почти два десятка лет рядом с нами проживает незаурядный человек — Михтодь Волынец. История его жизни — пример истинной любви к своей земле, гражданского мужества и честности в своем жизненном выборе.

Михтодь Волынец написал воспоминания под общим названием «Я видел ад на земле». Посвятил эти воспоминания своим родителям, написав: «Перед Вашей памятью клянусь писать правду, правду и только правду». Всего увидели свет 11 книг. Каждая об определенном периоде его жизни, о ГУЛАГе, о людях, с которыми сводила его судьба. Это воспоминания на фоне событий, которые происходили в мире, в тогдашнем Советском союзе, и как простые люди на них реагировали.

Родился Михтодь Иванович Волынец 3 марта года в селе Ивановка Коростышевского района Житомирской области.

Окончил семилетку. За год до войны вступил в Коростышевскую педагогическую школу им. Ивана Франко. Учитель этой школы привлек его к антифашистскому подполью. Вместе с другими подпольщиками препятствовали вывозу людей и хлеба в Германию, портили машины, трактора.

В конце декабря 1943-го Красная армия освободила Житомир. Три месяца проработал секретарем сельского совета.

АРМИЯ

В начале апреля 1944 г. призвали в армию. Сначала был учебный полк, а в августе повезли на фронт. Но доехали только до Львова и там пополнили стрелковый полк, перебазирован в Западную Украину из Сибири.

Михтодь Волынец вместе с другими армейцами заготовлял лес, сено для лошадей в городе Бобрка Львовской области. Там и встретил окончание войны. Полк, в котором он служил, охранял от повстанцев трассы, по которой гнали коров и лошадей из Германии.

Однажды попал в село, окруженное чекистами. Завели его вместе с другими бойцами в дом.

Михтодь Волынец вспоминает: «На кровати мертвая полураздетая женщина, залита кровью. В колыбели ребенок с топором в голове — зарублен топором. И так в голове топор и торчит. Еще девочку лет семи извлекают из-под кровати — чем-то тяжелым разбита голова. Какой-то капитан объясняет: «Вот вчера бандеровцы убили за то, что ее муж ушел в ряды Советской Армии защищать Родину».

Я переспрашиваю председателя сельского совета, который рядом со мной держался потому, что я по-украински говорил: «У вас что, только один пошел в армию?» — «Да нет, — говорит, — у нас за тридцать их». Тогда мне сразу в голову вопрос: что же такое, никого не убили, только эту женщину и ее детей? И так страшно.

И я понял, кто их убил. Ведь почему здесь этот майор в спецкомандировке — вчера прилетел, сегодня убегает, почему здесь уже корреспондент и фотокор из Киева, из Львова, из Москвы — все есть. Я понял, что тут такое. Мои ребята это тоже видели. После этого мы сказали себе: «Ребята, чем служить таким палачам — это и на нас кровь упадет тех детей, которых они убили».

СОЮЗ СВОБОДНОЙ УКРАИНСКОЙ МОЛОДЕЖИ

После того Михтодь Волынец вместе с еще двумя единомышленниками создали подпольную организацию «Союз свободной украинской молодежи». Рядом действовала ОУН, но они не догадались привести с ней контакт. Составили программу, устав и произнесли клятву. Организация занималась пропагандой и агитацией среди украинской молодежи. Цель — получить независимость Украины. Заявления и документы хранил в штабе, где работал в секретной части.

К осени их уже было 14.

Печатали листовки на портативной немецкой трофейной машинке, которая нигде не была зарегистрирована. Писали письма, которые потом присылали по разным адресам, чрезвычайно тщательно соблюдая конспирацию... осенью в 1946 году Михтодя Волынца переводят в Московский военный округ. Заочно оканчивает немецкое отделение Государственных курсов иностранных языков.

Прослужил в армии ровно 6 лет.

ПЕРВЫЙ АРЕСТ

3 апреля 1950, за два дня до демобилизации, Михтодя Волынца арестовывают. В книге «Мои сталинские университеты» он пишет: «Арест не был для меня полной неожиданностью. Я его, признаюсь откровенно, ждал последние пять лет ежедневно, ежечасно. И в это время из окружающего мира долетали тревожные новости о массовых арестах людей... Я морально был готов к удару и к борьбе».

Этапировали в Москву на Лубянку. Три месяца сидел в «Лефортово» в камере смертников. 7 февраля 1951 осужден на 25 лет лишения свободы.

«И прозябать надо достойно, никогда не терять ни человеческой совести, ни человеческого облика. Это было моим правилом с первого мгновения ареста», -пишет Михтодь.

Отбывал наказание в пгт Тайшет Иркутской области, на деревообрабатывающем комбинате. Вспоминает, что за смену, которая длилась 10 часов, нужно было пропустить через свои руки более ста кубометров сырой древесины. С работой справлялся, друзья-земляки помогали (иначе попал бы в штрафную команду). Однако за месяц «превратился в образец египетской мумии».

Там было много репрессированной украинской интеллигенции, бойцов УПА. Близко сошелся с сыном генерала Украинской Галицкой Армии Тарнавского — Мироном, с писателями Яковом Майстренко, Иваном Гришиным-Грищуком.

25 августа 1954 — неудачный побег с несколькими осужденными. Добавили всем еще по три года. Отправили под Братск, на штрафную сорок третью зону. Здесь действовала хорошо организованная группа подпольщиков, благодаря которой в лагере был порядок.

На зоне находилось ориентировочно 2000 человек. Летом 1956 начала работать государственная комиссия по пересмотру дел. Выпускали людей массово, но Михтодия Волынца не отпустили. Освободили через год, 21 июня 1957 года.

НА СВОБОДЕ

Добрался домой. Едва получил паспорт и вскоре уехал в Кемеровскую область к своей будущей жене Марии Мариняк. Она, тогда еще несовершеннолетняя, получила 10 лет лишения свободы за принадлежность к ОУН-УПА. Была связной. Сначала находилась в лагере на Печоре, потом на 30-й зоне. Их лагеря были по соседству. Завязалась переписка. Удалось увидеть друг друга только один раз в присутствии надзирателей как с «двоюродной сестрой». Маша тогда уже вышла из зоны. На прощание шепнула: «Буду ждать».

После освобождения уехала в Кемеровскую область. Туда из Львовской области была выслана семья Марии. Согласно указу об амнистии высланные семьи имели право объединиться.

В конце 1957 года, когда Михтодь приехал к Марии, они поженились.

В 1958 году родился сын Даниил, в 1963 году — сын Игорь (умер в 1971). Дочь Галина родилась уже в Украине в 1967 году.

Три года назад Мария отошла в мир иной.

Работал на шахте, учился в Кемеровском филиале Всесоюзного финансово-экономического института.

В 1964 году вернулись в Украину, в Ивановку. Начались поиски работы. Везде отказывали, только узнавали, откуда приехал. Наконец с большим трудом устроился бухгалтером в Коростышевской «Сельхозтехнике». 14 лет проработал в межколхозстрое начальником планово-производственного отдела.

ВТОРОЙ АРЕСТ

Арестовали во второй раз 19 сентября 1980 за «распространение заведомо ложных измышлений, порочащих советский государственный и общественный строй».

В июле 1980 г. в с. Студеница Коростышевского р-на органы КГБ арестовали его знакомого — учителя, переводчика с французского Юрия Залету. У Михтодия провели обыск и изъяли рукописи и дневники (46 тетрадей), которые он вел еще с Озерлага. Обвинили его в том, что говорил о войне в Афганистане, а также, что спортсмены Белоусова и Протопопов, артисты Ростропович и Вишневская бежали из СССР, потому что им здесь было плохо. На что Михтодий ответил: «Вы хотя бы прочитали: у меня написано, что Ростропович отбыл в творческую заграничную командировку и ему отказали в возвращении назад. Не убегали они. И не плохо им тут было — у них была шикарная дача, они были лауреатами Ленинских премий, Государственных премий, они были народные артисты СССР, у них был почет и все».

В ноябре 1980 Житомирский областной суд приговорил Волынца к трем годам лишения свободы в лагерях строгого режима. Отбывал наказание в с. Райки Бердичевского р-на Житомирской обл. Работал в бухгалтерии — выписывал накладные на продукцию. Через год отправили на поселение в Пермскую область.

Ехали с декабря 1981 по февраль 1982.

Сначала была харьковская пересыльная тюрьма. Вспоминает: «Там было забито полностью ... Ночью кричат: «Ложись!». Если не лег, то забегают надзиратели с такими деревянными большими молотками и лупят всех».

После Харькова — Казань. Оттуда — в Соликамск. Неделю находился в камере, где по стенам текла вода, капала на нары. Потом дали старое зимнее обмундирование и машинами повезли в Ныроб Пермской области.

Это был бывший лагерь, только без колючей проволоки. В сырых бараках полно тараканов, клопов. Вспоминает: «Все кругом чешутся, кричат, а меня они не кусают. Вот мне в тюрьме и в лагере помогало. Ну, еще я не курил никогда, а там же это большой дефицит. Это мне очень упрощало жизнь».

Режим был облегченный — мог выходить из лагеря, пользоваться библиотекой. Еще работа была легкая — варил дефицитное пихтовое масло. А все из-за контрольных работ, которые писал капитану-заочнику, который учился в академии МВД.

Жене Марии в это время на дверях писали «бандеровка», бросали в почтовый ящик изображение черепа со скрещенными костями.

СНОВА НА СВОБОДЕ

Осенью 1983 был освобожден. В Коростышеве на работу нигде не принимали. В конце концов устроился бухгалтером на ремзаводе. Работал экономистом, мастером. В 1986 году вышел на пенсию.

Реабилитирован в 1991 году.

ВРЕМЕНА «ПЕРЕСТРОЙКИ»

К концу 80-х повеяло переменами. И Михтодь активно включается в общественную работу.

В Коростышеве основал Ассоциацию исследователей Голодомора, опубликовал свои воспоминания о голоде 1933 года, организовал выступления других очевидцев. Принимал участие в двух международных симпозиумах, посвященных Голодомора.

Он член-основатель Просвещения, соучредитель Всеукраинского объединения ветеранов (Игоря Юхновского).

После провозглашения независимости провел много патриотических встреч, лекций.

ЛИТЕРАТУРНОЕ ТВОРЧЕСТВО

Михтодь Волынец не представляет себя без книг: «Все детство я был с книгой, с газетой или журналом. Я могу без хлеба быть, а без книги, без газеты я не могу». Во времена немецкой оккупации прислал Улас Самчук стихи. Один из них он напечатал в газете «Волынь». В открытке Самчук написал Михтодию, что некоторые стихи понравились и посоветовал: «Чтобы быть хорошим поэтом, нужно очень много читать, и хорошей литературы. Мой Вам совет — не читайте Демьяна Бедного и подобных ему».

Служил во Львове, печатался во львовских газетах. Впоследствии публикации стали для него лакмусовой бумажкой — напечатают, значит на этом этапе не под подозрением. И наоборот.

Вышли два его поэтических сборника, в газетах печатались статьи.

Много лет работает над воспоминаниями, честно донося до людей правду о временах, которые были прошлой системой сфальсифицированы.

Лауреат премии имени Ивана Огиенко.

Пан Михтодь продолжает писать. Работает над последней книгой своих воспоминаний. Тщательно ведет дневник. Его память такая же цепкая на даты, события, фамилии, как и в прошлые годы. В свои 94 года не утратил интерес к тому, что происходит в Украине и мире.

И твердо уверен, что XXI век будет триумфом родной Украины.