МЕНЮ

Авдеевка. Полтора километра от огневого рубежа

Екатерина ЯКОВЛЕНКО, фото Николая ТИМЧЕНКО, «День». Киев — Дружковка — Авдеевка
7 августа, 2014 - 19:35
Освобожденный от террористов город понемногу приходит в себя, но жители до сих пор не понимают, что является причиной, а что следствием пережитого ими

«Девушка, в Авдеевку (Авдеевка — пригород Донецка, частично освобожденный украинской армией неделю назад. — «День») ничего не ходит, там война!» — кричит сотрудница Дружковского железнодорожного вокзала.

«Пожалуйста, посмотрите, во сколько ходит электричка из Красноармейска в сторону Авдеевки. Мы знаем, что она ходит, только хотим уточнить время», — настойчиво просим мы.

«В сторону Донецка ничего нет, — неумолимо повторяет сотрудница вокзала. — Ничего уже давно не ходит, вот посмотрите бумажку», — она просовывает бумажку, на которой карандашом написано, что в нужную нам сторону не ходят электрички.

На следующий день мы оказались в Авдеевке. Как выяснилось, сотрудницы железнодорожного вокзала могут врать. Из Авдеевки два раза в день ходит электричка в сторону Чаплино. Вокзал в городе — фактически единственное место, где есть электроэнергия, — все потому, что провода ведут от Красноармейска, поэтому сюда приходят заряжать телефоны и ноутбуки.

УКРАИНСКИЕ ВОЕННЫЕ ОСВОБОДИЛИ ОТ ТЕРРОРИСТОВ АВДЕЕВКУ 29 ИЮЛЯ. ГОРОД ПОНЕМНОГУ ОЖИВАЕТ

В большей части Авдеевки нет ни света, ни воды, ни газа. Продукты питания привозят, однако к вечеру прилавки пусты. Люди говорят о нехватке хлеба и другого продовольствия. В магазинах действительно почти пусто. Первое, что бросается в глаза, — несколько бутылок вина, среди которых «Артемовское» и «Крым», несколько буханок хлеба, консервы, сигареты.

Жители города умоляют починить хоть что-нибудь, а лучше — электрику. Наощупь жить становится невозможно. Еду готовят на кострах возле подъездов. Воду для технических нужд подвозят утром, раз в день. Питьевой воды не хватает. Жители города жалуются на отсутствие выплат пенсий и зарплат. Большая часть горожан покинули город.

В МАГАЗИНАХ ВЫБОР ПРОДУКТОВ ОГРАНИЧЕН: В НЕБОЛЬШОМ КОЛИЧЕСТВЕ ЕСТЬ ХЛЕБ, КОНСЕРВЫ, ВИНО И СИГАРЕТЫ

Градообразующее предприятие — Авдеевский коксохимический завод — восстанавливали уже девять раз, на восстановление электроэнергии уходило максимум до 15 часов. Сейчас завод работает, правда, не на полную мощность. Люди утверждают, что на работу раньше ходили пешком, сейчас ездят из «Химика» на автобусе.

Ситуация в Авдеевке остается одной из самых сложных.

УЛИЦА МАКАРЕНКО

«Здесь брошены почти все квартиры и много домов. Люди выезжали в спешке, многие не смогли или не стали брать все вещи, а кто-то даже забыл очень породистого кота. Пожелайте ему удачи и запасов жирка до возвращения хозяев. Пока что кот в шоке, не ест», — рассказывает нам Артем, солдат, здесь он всего несколько дней. А котов мы действительно встречали много.

В АВДЕЕВКЕ МНОГО БРОШЕННЫХ КОТОВ — ЛЮДИ, УБЕГАЯ ИЗ ГОРОДА, НЕ УСПЕВАЛИ ЗАБРАТЬ СВОИХ ДОМАШНИХ ЛЮБИМЦЕВ. ТЕПЕРЬ ГОЛОДНЫЕ ЖИВОТНЫЕ ПЫТАЮТСЯ БЫТЬ ПОБЛИЖЕ К ЖЕНЩИНАМ, КОТОРЫЕ ГОТОВЯТ ВО ДВОРЕ ЕДУ ПРЯМО НА КОСТРЕ

«Я живу с дедом. Дед ходить не может. Когда была волна, я его накрыла подушкой, чтобы не порезало стеклом, а сама легла на полу. Вот несколько дней живет под свисты снарядов», — рассказывает жительница нового микрорайона.

Новые панельные дома через один в дырах от снарядов. Вокруг лежат стекла. Женщины и мужчины неустанно твердят, что «при «ДНР» такого не было».

Подходим к другому дому, расположенному по улице Макаренко. Здесь снаряд попал в пятый подъезд — его отрикошетило от деревьев. На Макаренко все еще живут люди. В первых двух подъездах осталось по три семьи. «Мы двадцать три года жили мирно, и тут вдруг стали мешать кому-то. Почему?» — говорят они. Вопросов «почему» у них много, но пока что никто не смог им на это ответить. Здесь чувствуется то, что люди нуждаются в общении и в объяснении так же, как в воде. Причем им не нужно рассказывать сложные вещи, им нужно объяснять, как происходят социальные выплаты, почему задерживается процесс, почему машины с продовольствием часто боятся сюда ехать и так далее. Им нужно рассказывать все, они готовы слушать и готовы ждать, но им для этого нужны ответы хоть на часть того, что их интересует.

НА СВЯЗИ С МИРОМ. ЖИТЕЛИ АВДЕЕВКИ ЗАРЯЖАЮТ МОБИЛЬНЫЕ ТЕЛЕФОНЫ И НОУТБУКИ НА ВОКЗАЛЕ. ЭТО ФАКТИЧЕСКИ ЕДИНСТВЕННОЕ МЕСТО, ГДЕ ЕЩЕ ЕСТЬ ЭЛЕКТРОЭНЕРГИЯ

«У нас был случай, что один мужик пришел домой пьяным и так устал, что уснул в коридоре. Тут же в его квартиру залетел снаряд, не уцелело ничего, а мужик остался жив. Вот так ему повезло», — рассказывает историю прохожий мужчина, показывая на разбитый дом. В квартире этого «везучего» — несколько полок с книгами, квартира была ухоженной. После снаряда, конечно, от этого ничего не осталось.

МАРОДЕРЫ

Жители говорят о погибших. Сколько их, никто точно сказать не может. Рассказывают только то, что видели сами и те трупы, которые помогали выносить из подъездов.

В сгоревшем магазине, говорят, тоже остались тела погибших, но их завалило сгоревшими остатками магазина. Проверить это тоже сложно, никто не занимается поисковыми работами. Но едкий запах подтверждает слова и горожан, и солдат. Но даже не смотря на это, магазин — хорошее место для мародеров.

НОВЫЕ ПАНЕЛЬНЫЕ ДОМА ЧЕРЕЗ ОДИН В ДЫРАХ ОТ  ОБСТРЕЛОВ. ЖЕНЩИНА СМОТРИТ, ЧТО УЦЕЛЕЛО В ЕЕ КВАРТИРЕ ПОСЛЕ ПОПАДАНИЯ  СНАРЯДА. НИКТО В ГОРОДЕ НЕ МОЖЕТ СКАЗАТЬ, СКОЛЬКО ЛЮДЕЙ ПОГИБЛО, — ТЕЛА МНОГИХ ДО СИХ ПОР ПОД ЗАВАЛАМИ

«Ребята, а не расскажете, что здесь было, как это помещение сгорело», — обращаемся мы к двум парням, которые ковыряются в сгоревших остатках.

«Магазин продуктовый. Сгорел. Говорят, снаряд, но мы не знаем. Вы думаете, мы мародеры? У меня двое детей, которых нужно кормить. Я собираю медь, зарплаты же нет, я же должен как-то содержать семью», — оправдывается худощавый тот, что постарше. Тот, что младше — молчит. Возможно, сын.

Мы не стали обвинять парней, уточнили только место на карте, куда можно проехать на машине, чтобы не зацепить мины. Нам посоветовали повернуть налево. Но, как оказалось, налево лучше не соваться — там время от времени можно нарваться не только на мину.

АЛЕКСЕЙ

«Вы знаете, о чем я мечтаю? Я хочу вот так забросить эту винтовку в воду, и пусть она там гниет, но я буду знать, что наступил мир, и что ею уже никто не воспользуется», — рассказывает нам солдат, которого приставили за нами посматривать.

Алексей запретил нам себя снимать. Он — обычный газовщик из Днепропетровска, которого еще в мае призвали в армию. С тех пор он на фронте. С какого времени он «официально по бумажкам» служит в АТО — не знает.

Винтовку он носит на руках, не на плече. Говорит, что когда приезжал на пару дней домой, жена всматривалась в его плечи, нет ли там следов от автомата и от отдачи.

Алексей был на Карачуне, говорит: «Российские СМИ показывают, что мы разбомбили весь город, но я там был, все стоит на месте. От нас разрушения небольшие. Мы никогда не стреляем в мирных жителей. Я помню, шла колонна с террористами, а впереди них шла женщина с маленьким ребенком. Я думаю: «Что ты, дура, делаешь?» и опускаю автомат. Так эти гады и прошли».

У Алексея дома самого ждет сын. Постоянно зовет отца домой. «У меня было два варианта: статья или армия, я выбрал второе. Я давал присягу, я понимал, куда шел», — говорит он. И добавляет: «У нас только ротации нет давно. Устали мы».

Усталость видна и в лице Алексея. Черные руки, черное лицо, грязные зубы. Но во всем этом — необычайна спокойная красота. Жаль, что запрещено фотографировать, даже для себя. Но, тем не менее, он устало рассказывает людям про разрушения, про траектории снарядов, про газовую трубу, которую за два дня не восстановишь...

Еще одно желание Алексея — вода. Он говорит, что недалеко от их блокпоста есть два колодца, однако один из них хозяин закрыл на амбарный замок, чтобы не делиться ни с кем. Что касается еды, то говорит, что им часто приносят местные жители. Одна женщина часто готовит горячее домашнее. В этот раз принесла вареники.

«Мы ведь многое прошли. Я столько всего видел. Разных людей, разные места. Могу только сказать, что нигде не видел и не ел столько вкусных яблок», — говорит солдат.

ПОСТСКРИПТУМ

На обратном пути из Авдеевки мы видели те самые поля. Пшеничные поля и желтые скошенные стога. Такое невозможно не любить. Другой солдат из Ивано-Франковска отметил: «Я никогда не думал, что у нас есть такая природа». И все это в полтора километрах от огневого рубежа.