МЕНЮ

Между паникой и правдой

Наталья ИЩЕНКО
27 марта, 2020 - 12:01
Каков информационный баланс во время войны и эпидемии?

Общеизвестен тезис о том, что паника может быть более опасной, чем сама угроза. Дезинформация, слухи — питательная среда для создания в обществе панических настроений. Но замалчивание реальной, правдивой информации, которая одновременно может кого-то напугать, также несет в себе угрозу.

Пока не существует четких и однозначных рекомендаций, как именно СМИ должны освещать «страшные» темы, например, эпидемии. Конечно, некоторые правдивые, но эмоционально тяжелые сведения лучше не вываливать людям на головы просто ради хайпа и популярности. В то же время сокрытие правды еще никогда не шло на пользу человечеству — те, кто пережил Чернобыль, много об этом могут рассказать.

Очевидно, что и средствам массовой информации, и простым пользователям социальных сетей нужно искать баланс. Хотя, конечно, нельзя ожидать, что и государство не включится в регулирование медиапространства во время чрезвычайного события — эпидемии на фоне войны. Тем более, что формальные основания для этого есть.

ПРАВА ГОСУДАРСТВА

Часть 2 статьи 10 Конвенции 1950 года о защите прав человека и основных свобод (ратифицирована Украиной в 1997 г.) определяет, что свобода выражения «может подлежать таким формальностям, условиям, ограничениям или санкциям, которые установлены законом и являются необходимыми в демократическом обществе в интересах национальной безопасности, территориальной целостности или общественной безопасности, для предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или морали, для защиты репутации или прав других лиц, предотвращения разглашения конфиденциальной информации или для поддержания авторитета и беспристрастности суда».

Эта норма практически скопирована в ст. 34 Конституции Украины.

«Статья 34. Каждому гарантируется право на свободу мысли и слова, на свободное выражение своих взглядов и убеждений.

Каждый имеет право свободно собирать, хранить, использовать и распространять информацию устно, письменно или другим способом — на свой выбор.

Осуществление этих прав может быть ограничено законом в пользу национальной безопасности, территориальной целостности или общественного порядка с целью предотвращения беспорядков или преступлений, для здравоохранения населения, для защиты репутации или прав других людей, для предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или для поддержания авторитета и беспристрастности правосудия».

Таким образом, и без всяких дополнительно принятых парламентом «драконовских» законов относительно ограничения выражения своих мнений гражданами или деятельности медиа, государство может ограничивать свободу слова  разными способами и по разным причинам.

СБУ В НАСТУПЛЕНИИ

В Украине последние 6 лет спецслужбы были сосредоточены (или должны были быть сосредоточены) на борьбе с пророссийскими пропагандистами, которые «гибридно атаковали» украинцев с различных сайтов и в социальных сетях. Понятно, что в фокусе внимания была тематика Донбасса и Крыма.

Теперь, в разгар мировой пандемии COVID-19, СБУ начала охоту на распространителей фейков и дезинформации о коронавирусе.

Выяснилось, что иногда — если верить данным Службы безопасности Украины — это могут быть одни и те же люди, которые работают в рамках одной и той же «гибридной» задачи. Вот несколько последних сообщений.

23 марта в Днепре СБУ прекратила деятельность «интернет-агитатора», который «по заданию российской стороны публиковал в соцсетях ложную информацию о распространении COVID-19 в Украине» для нагнетания паники в обществе. В дальнейшем заказчики планировали использовать материалы «для подготовки ложных новостей».

Призвал житель Днепра и к нарушению конституционного строя и территориальной целостности Украины, а соответствующие задачи поступали ему «от «куратора» из Российской Федерации».

24 марта СБУ сообщила о разоблачении в Херсонской области «интернет-пропагандистки, которая распространяла фейки о COVID-19, способствовала дестабилизации общественной обстановки в регионе и нагнетанию паники среди населения».

По данным следствия, жительница Берислава «администрировала несколько сообществ с общей численностью почти 100 тысяч подписчиков в одной из запрещенных социальных сетей» (очевидно, что речь идет о «ВКонтакте»). В сообществах она «периодически размещала призывы к свержению конституционного строя, пропагандировала идею создания так называемой «Новороссии», а после начала эпидемии «приняла новый «тренд» и начала распространять в сети фейки про коронавирус».

В целом за последние дни Служба безопасности Украины разоблачила почти четыре десятка «распространителей фейков про коронавирус». Как отмечается в официальном сообщении, сотрудники СБУ передали Национальной полиции «всю информацию для применения к ним мер административного воздействия».

ГОЛОВЫ В ПЕСКЕ

Подобные новости можно ожидать и в ближайшем будущем. Понятно, что гибридная война продолжается, и новая тема для «фейкометания», вирус, не могла остаться вне поля зрения российской пропаганды.

Но очень большой вопрос в том, как в условиях войны и эпидемии сохранить возможность свободного оборота информации. Причем речь идет даже не о пафосных «защита демократии», хоть и это направление является важным. Дело в другом — нашей, во многом все еще постсоветской власти достаточно легко «провалиться» в цензуру, которая не просто может быть антидемократической — она может вредной с точки зрения преодоления существующей угрозы. Распространение паники — это, конечно, действие недостойное и вредное. Но замалчивание существующих фактов может повредить так же или даже сильнее.

Когда СБУ разоблачает распространителей фейков, которым платит РФ, это одно. Впрочем, когда в разряд «подозреваемых» начнут попадать те, кто транслирует правдивую, хоть и неофициальную информацию, это будет самой большой ошибкой власти из «законов 16 января» или даже со времен проведения первомайской демонстрации в Киеве после 26 апреля 1986 года.  Дезинформация, конечно, является частью вражеских гибридных атак.  Но цензура, замалчивание, информационная изоляция и без вмешательства извне могут выполнить самоубийственную функцию, снизив способность общества и государства оперативно разоблачать проблемы, вовремя видеть существующие угрозы и бороться с ними, пряча головы — и свои, и населения — в песок.